* * *
День за днем, провал за провалом.
Кирсан вскоре осознал, что никакие тренировки не помогут ему нормально управлять своим легионом при такой адской тряске, он просто не в состоянии точно кликнуть куда надо. А Дирк, ясен хрен, свои тесты сдает один за другим.
В какой-то момент он начал всерьез подозревать, что Дирк умышленно водит предельно экстремально: ей-то что, провал земляшки не ее вина. То ли она его на прочность пробует, то ли задалась целью заставить выйти из команды, хоть и не совсем понятно, что при этом выгадает сама Дирк. Вроде бы, у нее нет альтернативы в виде другого легата, хотя кто знает.
Так или иначе, но попытки уговорить ее водить аккуратнее не увенчались успехом.
— Аккуратнее — это как? Не маневрировать под огнем противника и останавливаться перед заграждениями? Боюсь, ты не понимаешь, что такое «бой» и как в нем надо действовать, так что не учи меня тому, чему я училась с детства. Если ты не справляешься со своими задачами — не ищи виноватых, как вы это обычно любите.
— Как это обычно мы любим? А у тебя что, много знакомых землян?
— Нет, просто я прочла пособие по взаимодействию с «иммигрантами».
После разговора Кирсан и сам прочитал это пособие: более унизительного для себя текста ему читать еще не приходилось.
Пособие было написано сухим лекционным языком и содержало длинный список всевозможных человеческих пороков и недостатков, свойственных только землянам или свойственных землянам в гораздо большей степени, нежели балларанцам. Сами пороки были разбиты на категории по степени проблемности, от «неприятных, но безвредных» до откровенно опасных, по выявлению которых предлагалось немедленно уведомлять иммиграционую службу. Текст содержал описания того, в какой ситуации чего стоит ожидать от «иммигранта», а также рекомендации по перевоспитанию «иммигранта», который попал в ближайшее рабочее окружение читателя. Характерно, что примерно треть пороков была охарактеризована как не поддающаяся исправлению или перевоспитанию.
Самое обидное заключалось в том, что изложенное, в общем-то, было вполне справедливо. Кирсан честно проанализировал свой характер и обнаружил, что в той или иной мере обладает значительным числом черт из раздела «неприятных», а также некоторыми из «вредных» и «опасных». И хотя всю жизнь он замечательно держал себя в руках, успешно превозмогая свои отрицательные свойства — факт есть факт, они у него в наличии имеются.
Единственное, что его немного утешило, так это то, что окружающие, как правило, о большинстве недостатков Кирсана не догадываются, и он с точки зрения авторов данного пособия попадает в категорию иммигрантов, имеющих некоторое число «неприятных» черт. Судя по тому, что описание многих существенно худших пороков не содержит рекомендации срочно вернуть иммигранта за Землю — балларанцы терпят индивидуумов, которые куда хуже самого Кирсана. Другой вопрос, насколько хорошо или плохо складывается жизнь таких «иммигрантов».