Когда солнце приблизилось к горизонту, группа добралась до выступающей из скалы арки.

— Это пещера школы, — сказал Тарс. — Заночуем здесь.

Мы заходили внутрь, похожие на снеговиков: снег был на одежде и под ней.

— Оттряхнешь мне спину? — попросила Кира.

— Конечно, — легко согласился я.

Пещера оказалась больше, чем я ожидал. У входа стояли небольшие железные ворота с массивным засовом — их явно сделали давно, но выглядели они крепкими и надежными. Внутри было сухо. Стены пещеры были покрыты слоем сажи. потолок уходил высоко вверх.

В углу пещеры лежали дрова — аккуратно сложенная поленница из сухих наколотых чурок. Школа позаботилась о своих.

Тарс сразу же назначил дежурных: двое человек вышли из пещеры.

— Мы дежурим? — спросил я.

— Нет, вы освобождаетесь, — бросил он мне.

Ну и хорошо. Перспектива стоять ночью на морозе меня не радовала.

Тем временем практики занялись обустройством лагеря. В центре пещеры развели жаркий костер. Огонь разгорелся быстро, наполнив пещеру мягким светом и приятным теплом.

Мы собрались вокруг костра, стараясь согреть замерзшие руки и ноги — места хватало всем.

На костер поставили широкую треногу и повесили на нее котелок. Вдоль стен пещеры расстелили спальные мешки.

— С ними безопасно, — сказала Кира, усаживаясь ближе к огню и ко мне. — Главное — быть осторожнее снаружи. А так здесь и часовые, и двери хорошие.

— И куча практиков, — закончил я.

Увы, долго я здесь не просидел. Оттаяв и согревшись, я отпросился на выход — нужно помедитировать в буране, если я хочу насобирать себе достаточно энергии для ледяной техники.

Я был не единственным, кто уходил наружу по нужде, так что меня легко выпустили и быстро заперли за мной засов.

Снаружи было неуютно. В лицо бил поток снежинок, заставляя прищуриться и поднять воротник повыше. Казалось, куда не повернись, ветер непременно будет лететь в лицо.

Снег сразу начал забиваться в складки одежды — туда, откуда я его выгреб.

Осматриваюсь. Буран скрывает большинство деталей пейзажа, но я заметил в окружающих стенах темные силуэты. Наблюдатели. Они сидели в специально выдолбленных углублениях скалы, слегка укрытые от ветра и снега.

Эти люди слишком близко — если я их вижу, то и они меня. Медитировать я смогу, но показывать свои упражнения не вариант. Слишком плавные движения, слишком техничные. Будет чудом, если они не донесут обо мне командиру, а тот не задаст вопрос: откуда у тебя, Китт, такие навыки? Где ты научился этому?

Значит, после медитации нужно будет отойти подальше.

Я сделал глубокий вдох — воздух был настолько холодным, что зубы заломило. Но именно холод мне сейчас и нужен. Медленно выдыхаю, наблюдая, как изо рта вырывается пар и сразу исчезает, растворяясь в снежной круговерти.