Я изучал описания этих Тварей. Первый Легион уничтожил десять или двенадцать эффекторов, каждый раз — в тяжелейшей схватке, стоившей жизни многим Инкарнаторам. В журналах Авроры, которые принесли Одержимые, утверждалось, что эффектор — всего лишь материальная форма самоорганизующейся Тьмы, слепо реализующая заложенные алгоритмы. Исполнитель, полевой командир, некое промежуточное звено между зараженным роем Ши и центральным ядром-администратором, которое, в свою очередь, контролировалось Шардом. Многоуровневая и сложная иерархия, разорванная на Черной Луне из-за потери связи. Эффекторы действовали самостоятельно, формируя свой Узор, но он был оторванным лоскутком, не подключенным к глобальной сети. Аврора и Сумрак считали, что Прима, первородный, невоспроизводимый ксеноцит Шарда, является полным аналогом онтоприонов Стеллара, только гораздо более продвинутым, созданным специально для экспансии в материальный мир.

Эти мысли заняли меньше миллисекунды. Как бы там ни было, Инки Первого Легиона знали, как уничтожать эффекторы, а передо мной сейчас стояла именно такая задача. А-способности практически бессильны, за исключением самых ультимативных, но еще одно «Азур-Поле» или «Когти Дракона» — это верный Прорыв, а «Абсорбция Душ» крайне опасна, когда имеешь дело с существом, состоящим из Тьмы. Зато отлично работают гораздо более простые способы, недаром Тварь прячется за шкурой джаггернаута и стражей из тысяч химер!

Я снова активировал L-поле. Пользуясь моментом шока от применения «Азур-Поля», с места прыгнул прямо на парящую сферу, зацепился, удержался на ней, используя сервоприводы Доспеха. Щупальца Тьмы пытались задержать, сбросить, но бессильно растекались по Синей Стали — что они могут сделать, не имея доступа к Азур?

Да, эффектор несравненно сильнее любого Заклинателя, но абсолютно беспомощен, когда лишен своих А-способностей. Его материальное воплощение — всего лишь сфера, покрытая слоем брони, которая крепка, но без азурических усилений — вполне сокрушима человеческим оружием.

Я выпрямился в полный рост, не обращая внимания на Тьму, обволакивающую Доспех, — она уже добралась до пояса и текла выше, пытаясь проникнуть в герметичную броню. В руках сверкнуло копье Прометея, я ударил снизу вверх, со всей доступной силой, отыскивая уязвимое место между выпуклыми пластинами. Да, я не обладаю мощью Воина, но Ворон недаром правил мой Фенотип, используя бесконечные Геномы — и сейчас «Моторный Миозин» и «Драконья Кость» полностью оправдывали свою имплантацию.

Удар! Еще один, и еще! Под острием из Синей Стали заскрежетало, острие наконец-то углубилось внутрь эффектора на ладонь! Тьма уже покрывала меня полностью, текла по рукам и шлему, пыталась связать движения упругими объятиями, а выжившие химеры, кажется, очнулись и начали подбираться поближе. Не обращая на них внимания, я всем телом налег на копье, вбивая его в дрожащее ядро как можно глубже, на длань, наполовину, при этом резко разворачивая древко, чтобы сделать входное отверстие обширнее. Чувствуя, что враг уже близко, отключил L-поле — и мгновенно взорвал Вердикт «Смертельным Уколом», используя последний азур-резерв Десницы.