— Сегодня у вас очень важный день. Мы не афишируем это заранее, но прохождение Полигона — одно из главнейших испытаний Тимуса. Данные, которые мы получим, повлияют на всю дальнейшую карьеру, поэтому в ваших интересах выложиться на двести процентов! Это понятно?

Дождавшись дружного ответа, он продолжал:

— Я знаю, в Тимусе ходит много слухов о Полигоне. Официально объявляю, что разглашение информации о том, как проходит испытание — строжайше запрещено! Получите негатив-отметку безо всяких разбирательств и, скорее всего, будете разжалованы в рядовые Легиона. Так что не вздумайте болтать об этом даже своей подушке! Это тоже понятно?

Инструктаж нашей группы проводился перед входом в Полигон. Под него было отведено отдельное крыло Тимуса, полностью недоступное в обычное время. Сегодня весь второй круг должен был пройти экзамен, две группы уже побывали внутри, но мы их не видели — после Полигона трибутов выводили через отдельный выход. Мое пси-восприятие четко улавливало легкое волнение товарищей по обучению, застывших двумя шеренгами перед мастером Разума. Об испытании ходило много слухов, один красочнее другого.

— Первый раз вы только познакомились с Полигоном. Сегодня вам предстоит пройти боевое задание. Вы будете сражаться. Напоминаю — Полигон — это виртуальное пространство, полностью моделирующее реальность. И, хотя ваши ощущения будут абсолютно правдоподобны, тело останется невредимым. Однако, как и в жизни, у вас только одна жизнь и только одна попытка. И единственная цель — любой ценой выполнить директиву. Больше подробностей не будет. Заходим и готовимся к полному погружению.

В зале было установлено двенадцать капсул. Они немного походили на то древнее устройство, что я нашел в Технополисе, и одновременно казались продуктом более высоких технологий. Обтекаемые корпуса, анатомический ложемент с углублением в форме человеческого тела, приятное голубоватое сияние, льющееся изнутри. И тем не менее многие детали выдавали, что это невоспроизводимая технология — капсулы были древними, восстановленными или бережно хранимыми артефактами Утопии.

Нас запускали по двенадцать человек. Ала. Наш наставник занял место за полукруглым терминалом, над которым светился виртуальный экран, и, пока мы раздевались и залезали в капсулы, начал делать какие-то настройки.

Эсси незаметно тронула мою руку, в ее глазах плескалась тревога. Я мимолетно коснулся ее «Повелителем», снимая волнение юной Заклинательницы, и она глубоко вздохнула, блаженно прикрыв веки. Наверное, для нее это было подобно наркотику — моя близость, мое пси-поле успокаивали и придавали уверенности.