Они уже чувствовали себя победителями.

И хотя Эш не понимал, каким образом такая глупая атака может помочь им всем выжить, он послушался. Подхватив с земли маленький осколок глиняного горшка, парень со всей силы швырнул его в дингира.

Осколок пролетел мимо плеча цапли и стукнулся о широкое туловище карлика.

Внезапно все вокруг потемнело.

Цапля с ежом остановились, задрав голову вверх. Даже Шеда с Дарием и крыс замешкались, пытаясь понять, что происходит. Стражники Дагана заохали, показывая руками в небо.

Солнце темнело на глазах. Его свет стал тусклым, с зеленоватым оттенком. При этом все предметы, листва, темные рисунки на булыжниках обрели особую яркость и четкость.

А вокруг каждого человека появилось золотистое сияние. Над головами стоявших в отдалении стражников оно выглядело, как тонкая размытая линия золотистой краски. Свечение стигматиков походило на яркий кокон. Свет только что умершего гориллы быстро таял, а у мертвецов никакого свечения не было вовсе.

«Вот мы и на территории духов! — победоносно воскликнул ворон. — И теперь все будет иначе…»

Шеда, испуганно озираясь по сторонам, начала вдруг медленно трансформироваться из сатира обратно в человека.

Пламенный меч крысы угас. Воин растерянно опустил взгляд на свою померкшую стигму, и Дарий, воспользовавшись заминкой, бросился к нему с яростным ревом, хотя отметина на плече тоже почернела, а оружие лишилось усиления.

Звяк!

Мечи стукнулись друг об друга, как обычное железо.

«Смотри, как все изменилось!..» — заговорщицки прошептал ворон Эшу.

Цапля с морским ежом в панике ощупывали свои метки, но духи больше не повиновались им.

Действующие стигмы остались только у дингиров.

Они стояли друг напротив друга, как два существа из иного мира. Один — юный полубог, у которого по обоим плечам протянулась стигма крылатого хищного духа. А второй — коренастое и низкорослое подобие уродливой коричневой рыбы, вечно прячущейся во мраке морского дна.

— Чего вы встали?! — прокричал карлик, бешено вращая глазами. — Бейте же его!.. Бейте!..

Древо у него на груди горело красным, и этот свет постепенно смешивался с золотистым свечением всего кокона, образуя кровавые разводы.

Эшу даже не требовалось использовать чутье, чтобы понять, насколько напуган его противник. Достаточно было только взглянуть на его трясущиеся, сжавшиеся в беспомощные кулачки маленькие руки, на раскрасневшееся лицо и мечущийся взгляд.

И тут он все понял.

Каждая деталь встала на свое место. И охота стигматиков на дингира, и фраза орла о том, как он изобьет Эша до полусмерти и отнесет своему господину.