Кресла в кабинете Автократыча отвратительно мягкие, прямо проваливаешься в них.

— Стоп-стоп, — говорю. — Смерть любого больного — это трагедия, конечно, но я-то тут при чем? Смирнов — пациент Пархоменко и умер в его дежурство.

— Так-то оно так, — вкрадчиво отвечает Автократыч. — Вот только последние назначения в истории болезни Смирнова сделаны вами. Вы должны помнить, Пархоменко тогда болел, вы его подменяли. Так что неприятности, боюсь, будут у вас.

— Если вы видели эти назначения, то сами знаете, что они сделаны в соответствии с состоянием и анамнезом пациента! — изо всех сил стараюсь сохранить спокойный тон. — Составлены неделю назад! Лечащий врач обязан постоянно корректировать их по результатам обследования! Скажи честно, Пархоменко, ты ведь их даже не читал?

Пархоменко мычит что-то невразумительное. А я вспоминаю наш поход к кадровичке. Хм-м, а как Автократыч будет доказывать, что я прикладывал свою руку к лечению упокоившегося? По всем документам безотрывно и добросовестно трудился Пархоменко. И зарплату, кстати, за это получал. В отличие от меня. Получается интересненькая картинка, если мне не платили за эту работу, то и привлечь к ответственности за результат меня невозможно. Собственно, и так понятно, что Автократыч меня на арапа берёт. На пустые понты, как молодёжь говорит. Ладно, послушаем, чего он ещё напоёт. Интереса и развлечения для.

— Одним словом, ситуация сложная, — качает головой Автократыч. — Ответственность может лечь и на сестер, которые не предотвратили появление спиртного в отделении. И на дежурного врача, доктора Пархоменко, хотя его действия я уже проанализировал — они грамотны, профессиональны, полностью адекватны ситуации. Так что как бы все не уперлось в ваши назначения… Но вы не переживайте, Михаил Александрович. Я и вас в обиду не дам. Мы же тут все как одна семья. Вы так много делаете для отделения… ваша статистика по успешным реабилитациям впечатляет, мы на хорошем счету в министерстве здравоохранения. Мы, безусловно, защитим вас от всякого рода неприятностей. Если, конечно, и вы пойдете нам навстречу.

— Навстречу? — прицельно прищуриваюсь на него.

— Да-да! — быстро кивает Автократыч. — Посмотрите, я тут подготовил график дежурств на следующий квартал. Наш, внутренний, для своих, так сказать. В бухгалтерию уйдет другой — знаете, эта бюрократия… А как оно будет на самом деле, решим тут, между своими.

Автократыч пододвигает ко мне стопку распечаток. Беглого взгляда на верхний лист достаточно, чтобы ухватить суть. При одной номинальной ставке я должен работать на две… с половиной. Настолько возмутительно, что успокаиваюсь. Мне даже интересно, он что, за сверхчеловека меня держит? И не боится задевать этого сверхчеловека? Как погляжу за тот месяц, что я выпал из реала, они совсем из берегов вышли. И от рук отбились.