— Какого пепла⁈ — рявкнул, хватаясь за сердце, Первый. — Мало ограбления, на нас еще напасть решили? И чьи дети на этот раз?

Браслеты замигали у всех.

— Стихия, — с некоторым облегчением выдохнул Шестой, прочитав сообщение.

— Что за ночь⁈ — страдальчески простонал Лиестр. — Раз стихия защиту пробила, значит, точно будет пожар.

Его величество понимающе усмехнулся, напомнив:

— Ты в свое время раз пять дворец поджигал, пока тебя в Первый тэорат не сплавили. А стихия… Разберемся.

— Хотелось бы, — согласно проворчал Харт, вчитываясь в донесения, — потому как наш драгоценный с какой-то жыргхвы портал во дворце открыл. Огненный. Защита пеплом. Еще и пожар зафиксирован. Где⁈ — потрясенно спросил у самого себя Третий. Выдал длинное ругательство и сорвался с места. Бегом!

— Что это с ним? — удивился Шестой, дернулся было следом, но заставил себя остаться на месте. Нахмурился. Сподвигнуть вечно невозмутимого Харта бегать могло только что-то очень серьезное. Но Третьему мешать не стоило, а вот помочь с Олей…

— Действительно странно, — согласился с ним его величество. — Неужели все-таки нападение?

— Не сильно защита пострадала-то, — Первый погрузился в проверку контура специальным артефактом, — только у гостевого крыла восстанавливать придется.

— У гостевого? — эхом откликнулся Шестой, стукнул с досадой себя по лбу. — Там же плесень шакринарская!

Заметался взглядом…

— Давай уже в академию, — хлопнул его по плечу отец. — Здесь и без тебя разберутся. Судно все равно не выпустят из порта. Лично под контроль возьму. Сестра важнее. Чуется мне, это не все сюрпризы на сегодня.

Обратный путь выглядел не столь пугающим. В присутствии воды тронный зал растерял половину своей таинственности. Стихия плыла рядом, и лунный свет, падая на ее фигуру, вспыхивал желтыми искрами. Мерцал чешуйками воды. Переливался, струясь по длинным, похожим на водяные иглы волосам.

— Моя-то замуж вышла, а малька еще не подарила, — по-семейному жаловалась девочке стихия. — И вроде огневика ей нашла: высокого, красивого, горячего… А нет же… Тянут чего-то.

Оля сочувственно кивала. В мыслях вместо высокого, красивого и горячего огневика представлялся Ветер. И сердце ныло, напоминая, что она ему так и не помогла. Не смогла забрать артефакт.

Девочка с расстройства прикусила губу. Одна часть рвалась вернуться — забрать камень, отдать лорду. Вторая говорила, что красть у семьи — хуже предательства. Да и как ей потом отделаться от лорда? Он ведь потащит ее на корабль. А сейчас, когда память вернулась, одна только мысль оказаться рядом с Анселем вызывала тошноту.