Двое пацанов подхватили товарища, потащили из класса.

Наставник взмахом руки погасил пламя, еще один посыл — и окна распахнулись, впуская свежий воздух.

— Веснушка, сам скажешь или мне?

Рыжий, кряхтя, поднялся. Глянул с ненавистью на Олю и недовольно проговорил:

— Простите, наставник, я не должен был провоцировать ее, не оценив уровень силы. Но кто знал, что она стихийница⁈ — взорвался он обвинением.

— В бою ты тоже будешь обвинять противника в том, что тот не признался первым? — насмешливо уточнил наставник. — Три дежурства у мастера Вэ.

Веснушка понурился, засопел с досадой.

— Ну а ты, — наставник повернулся к ней, — отлично за ведение боя. Боец из тебя неплохой, но спину прикрывать ты не умеешь. А теперь живо к мастеру Хе. Он тебя ждет.

И что-то такое жалостливое промелькнуло на лице рыжего, что Оля сразу ощутила вкус горечи от прозвучавшей похвалы.

За дверью ее встретил ташир. Глянул желтыми глазами, и по коже девочки пробежали мурашки. Зверь был другой. Не утренний знакомец. Настоящий гигант — голова на уровне плеч, а лапы шире ладоней. И девочке подумалось, что она целиком может в его животе поместиться.

Зверь мотнул башкой, предлагая следовать за ним. Словно под охрану взял, будто ей есть куда бежать. В теории есть. Но улица страшила, как и свобода. Да и в школе было неплохо. Пока. Вдобавок ее здесь обещали научить защищаться, сделать сильнее. И она решительно зашагала за зверем.

Мастер Хе ждал в зале. Просторное помещение имело мягкий, пружинящий под ногами пол, голые стены и высокие — от пола до потолка — окна, в которые маняще заглядывало солнце.

Оля вздохнула… Кажется, в ее мире летом не учились. Иначе, откуда такое чувство несправедливости?

— Проходи, — приглашающе взмахнул рукой мастер. Дверь за спиной девочки гулко захлопнулась, заставив вздрогнуть.

Он сидел на мате, скрестив ноги и прикрыв глаза. На гладко выбритом черепе был оставлен лишь небольшой пучок волос, забранный в хвост. В ухе блестела серьга. Ниже, по шее, спускалась затейливая татуировка.

Оля оценила ширину плеч, невысокий рост, здоровенные ладони, бугрящиеся под просторной туникой мышцы и поежилась. Перед ней явно был мастер боя. Опасный, даже если он просто сидел и не двигался.

Пока она оценивала мастера, тот оценивал ее, и кожу щекотала чужая сила. Попыталась проникнуть внутрь, но Оля выставила барьер. Сила толкнулась, однако ломать не стала, отступив.

— Отвратительно, — вынес мужчина вердикт, раскрывая глаза и морщась, точно перед ним было нечто ужасное. — Не знаю, кто работал с тобой, но он практически тебя загубил. Пожалуй, лишь менталистика неплохо сформирована, зато остальное… Как можно было развивать только стихии и забыть о главном⁈