— А ты сможешь написать целую книгу? Это ведь не так просто.
— А почему нет-то? Далеко не в первый раз: последние годы я только этим на хлеб и зарабатывал. Очень много писал. Очень много. Шариковой ручкой, конечно, намного медленнее, чем набирать текст на комп… на персональной ЭВМ, и правки вносить намного сложнее. Но свою первую книжку я именно так и писал: авторучка, листочки в клеточку из расшитой школьной тетрадки, множество зачёркиваний-перечёркиваний и написанных поверх текста исправлений.
Фрагмент 13
25
Кстати, про книги. Состоялся у меня в ноябре и другой разговор на эту тему.
Моя «Сын своего отца» после того, как её прочитала Муртазаева, пошла «гулять» по одноклассникам. Я, конечно, очень тщательно отслеживал, чтобы кто-нибудь не «заиграл» тетрадки с ней, настаивая на том, чтобы не случилось того, что «Вася передал Пете, Петя дал Кате, а Катя сестре Светке из соседнего города». У меня взял — мне и отдай, а уж потом с петями, катями и светками я сам буду разговаривать.
В общем, накануне осенних каникул на меня насела классная руководительница, присутствовавшая при громкой читке фрагмента из предисловия. А после начала третьей четверти оставила меня после уроков.
— Миша, ты меня просто поразил. В такой огромной книге я нашла очень, очень мало не только грамматических, но даже пунктуационных ошибок. Это невероятно! Даже некоторые мои знакомые с высшим филологическим образованием допускают их чаще.
— Есть такая болезнь у меня, Ирина Александровна: случается, увлекаюсь и забываю ставить «закрывающие» запятые во всевозможных причастных и деепричастных оборотах и вообще в сложных предложениях. И при вычитывании не всегда этого замечаю, «глаз замыливается».
— Я, Миша, хочу сказать совсем не про ошибки. Я хочу сказать, что книжка очень интересная. Конечно, сразу видно, что не Толстой или Достоевский писал, но для фантастики — это просто высочайший уровень. Такую книгу будут читать. Её нужно издавать!
— Дохлый номер, — поморщился я. — Ни одно издательство такое не возьмёт, я даже пытаться посылать туда не буду: они же не возвращают рукописи, а мне жалко времени на перепечатывание. Да и перепечатывать не на чем.
— Почему ты считаешь, что не возьмут?
— Да очень просто. Во-первых, там нет ничего от социалистического общества. Наоборот, сплошной феодализм и зачатки капиталистического общества. Во-вторых, главные герои принадлежат не к пролетариату или хотя бы крестьянству, а являются представителями правящего класса. В-третьих, главный конфликт книги носит не межклассовый характер, а ярко выраженные черты внутриклассового. К тому же, главный герой в результате добивается попадания в самую верхушку эксплуататоров, становится кандидатом в монархи. В-четвёртых, там мистики и антинаучных фактов полным-полно. Хорошо, если после этого мне вообще не перекроют возможность поступить в ВУЗ или даже техникум по оборонной специальности. Нет, Ирина Александровна, эта книга не для издания, я это знал, когда только начинал её писать.