Укс вздохнул: Логос свидетель, — это знаменье. Нерешительность и трусость — худшие из грехов. Практически так на вывеске и начертано.

Вышел к месту уже напрямую. Вот знакомые загоны, вот городская стена. Факелов на ней прибавилось, но у «парковки» спокойно. Укс забрался на стену, вновь задержался, любуясь заревом у Великого Трибунала. Очень эффектно, Лоуд бы определенно одобрила.

А глянуть вниз все равно не решался. Просто шмондец какой-то. Жизнь есть жизнь, чему тут можно удивиться? При любом результате эксперимента жалеть-то не о чем.

Нет, заранее жалелось. Даже не помнил, когда так хотелось, чтоб сбылось, чтоб отвернулись боги, именно сейчас не гадили.

Укс глупо прищурил один глаз и глянул.

Э-эээ…

Она была там. В смысле, шпионка была. Но вот ждала напарника или не ждала, вообще непонятно. Успела собрать конструкцию дельтаплана, и сейчас неумело, но решительно подпихивала аппарат к кромке обрыва. Интересно, она в городе так подзадержалась и сюда поздно вышла, или просто долго со сборкой возилась? Или все еще ждет напарника? Или просто не решается сама лететь? Она ведь неглупая.

Будь проклят Логос и боги, любые проверки и эксперименты, да почему с женщинами всегда так сложно и неоднозначно⁈ Даже вот смотришь с двадцати шагов и все равно ничего не понятно⁈

Установила дельтаплан, попыталась заглянуть в Бездну, в ярости задергала себя за промокший капюшон. Эх, девчонка и есть девчонка.

Укс понял, что эксперимент окончательно завершился, только непонятно каким результатом.

— Эй, шпилькой центральную распорку зафиксировала? Так держать плохо будет, — сказал пилот.

Немедля задрала голову, рассмотрела на стене.

— Укс, твою…… — несколько абсолютно неизвестных, но интуитивно понятных слов и кристально ясное завершение, — … если сейчас не спустишься, клянусь святой Лоттой, я сама тебя застрелю!

Укс съехал по стене к кактусам и аппарату:

— Шпилька на камне отдельно лежала…

— Я видела. Вон она, в узел переложила… — воровка сделала резкое движение, и Уксу показалось, что он сейчас схлопочет пощечину. Что для этой ночи будет оригинальным разнообразием. Отчасти вполне заслуженным. Но воровка лишь схватила за рукав:

— Хотел, чтоб без тебя разбилась? Так, да⁈ Я понимаю, что проверка. Понимаю! Но почему так долго? Мне же страшно. Очень. Тут по стене то и дело бегали. С факелами…

Она плакала. Видимо, все это время плакала, пока у обрыва толклась и с аппаратом возилась.

— Извини, — сказал Укс, вытирая ее мокрые щеки не менее мокрыми и грязными ладонями. — Иногда проверки затягиваются. Не всегда в этом виноваты экспериментаторы. Хотя я виноват, это верно.