— Здравствуйте, наш дорогой Моисей! — поздоровался Тарди, входя в лавку.

Солнце еще не зашло, шабат официально не наступил, и теоретически последние покупатели еще имели право на обслуживание. Хотя обычно в конце дня в пятницу к евреям уже по делам не ходили.

— Таки здравствуйте, наш дорогой Альфонсо! — привстал навстречу Моисей, — Вы продаете или покупаете?

В лавку вошли Лис и Ангелочек, встали по сторонам от входной двери. Моисей бросил взгляд на них, потом на Тарди и сделал вывод, что эти двое парней с мечами его телохранители. Что вполне логично, не то здесь место, чтобы ходить одному в бархатном плаще и без оружия.

— Я не продаю и не покупаю, — сказал Тарди, — Меня несколько беспокоит один наш общий знакомый.

— С ним что-то случилось со времен нашей последней встречи?

— Сердце подсказывает мне, что он предаст доверившегося ему рыцаря еще до заката.

— Не хотел бы обидеть Ваше сердце, но у меня нет оснований с ним согласиться.

— А вот он, — Тарди кивнул в сторону Лиса, — Любезно предоставил нам с вами эти доказательства.

Лис, не вызывая подозрений подошел к прилавку, снял перчатку с правой руки и положил ее на прилавок. Сделал жест указательным пальцем, направив его вверх и на Моисея. И молниеносно схватил щуплого еврея за горло.

Ангелочек перепрыгнул через прилавок и ударил Моисея по голове гибкой дубинкой. Лис тоже перепрыгнул через прилавок.

На шум из задней двери выскочил приказчик, крупный детина. Лис ткнул его кинжалом в сердце.

Тарди подошел к входной двери и накинул засов. Браво отправились вверх по лестнице.

Сверху послышались мужские крики, женский визг, детский плач. Потом все затихло.

Спустился Лис.

— Минус два. Остальные в комнате с окнами на улицу. Ангелочек сторожит.

— Никто не сбежал?

— Точно нет. Я проверил все комнаты вдоль стены. Если там есть тайный ход, он бы был чем-то закрыт, и человек, который второпях сбежал бы, нарушил бы декорации. Или у них ход сделан действительно хорошо, о нем знает вообще все семейство и кому-то повезло. Я бы на это не поставил.

— А ничего, что они тут орали как резаные?

— Альфонсо, вам следует чаще гулять по улицам. Люди постоянно орут как резаные, и никого это не волнует, даже если они и правда резаные. Ссорятся, мирятся, бьют посуду, порют детей и все такое.

— Я гуляю ровно по тем же улицам и ничего такого не слышу, — недовольно сказал Тарди.

— Просто откройте дверь и прислушайтесь, — предложил Лис, — Однажды мы с парнями прятались на мельнице. Все эти колеса и жернова так грохочут, что первые два дня приходилось орать. А потом мы привыкли и стали нормально разговаривать, не обращая внимания на шум.