Де Вьенн увидел фальшивые страницы из счетных книг и договоры с печатями, на которых покойный де Лаваль получал золото от Рыцаря Королевы Андре де Ментона. То есть, не физическое золото и серебро, а право получить золотую и серебряную монету в Банке Святого Георгия. Ответственность Банка за золото и серебро закончилась с выдачей средств де Ментону.

Покойный де Тромпер, если верить фальшивым страницам, взял кредит в серебре еще до того, как Рыцарь Королевы прибыл в Банк с документами. И вывез это серебро по частям к себе на таможенные склады, с которых мог переправить его куда угодно в сговоре с кем угодно. Потом де Лаваль закрыл этот кредит. Вся сумма, собранная для армии короля, пробежала по цепочке Банк — де Ментон — де Лаваль — де Тромпер — снова Банк, не покидая своего уютного подвала.

— Каким образом де Лаваль убедил де Ментона? — спросил де Вьенн.

— Не знаю, — ответил Тарди, — Никто не видел живым Рыцаря Королевы с тех пор, как он подписал эту бумагу. Полагаю, Ее Высочество сможет опротестовать этот акт передачи.

Де Вьенн вздохнул. Теперь кому-то предстоит объясняться с королевой-матерью по поводу трехсот тысяч дукатов. Ничуть не легче, чем с королем.

— И где деньги?

— Де Лаваль мертв. Де Тромпер мертв. Таможня разграблена и сгорела. Но ваше золото и серебро к тому времени оттуда давно уехали.

— Допустим, де Тромпер мог отравить де Лаваля. Но кто убил де Тромпера? Кто придумал эту атаку на таможню? Вы вообще контролируете свой город? — француз начал злиться и чуть не свалился со стула, но солдаты его подхватили.

— Группа известных Вам папских агентов, — Тарди пошел по еще более тонкому льду. Вдруг де Круа на самом деле не папский агент, а какой-то другой. И де Вьенн об этом знает.

— Кто?

— Марта Циммерман и Максимилиан де Круа.

— Ерунда! Это не их уровень.

— Вам известно, что эта рыжая фурия сорвала переговоры между Просперо Колонной и неизвестной высокопоставленной фигурой из Генуи, убив курьеров? — Тарди начал свою версию с легенды, которую сообщила как раз эта высокопоставленная фигура из Генуи.

— Да, — ответил де Вьенн. Осведомленность генуэзцев о том, что касается их внутренних дел неудивительна. Хоть что-то они должны знать из того, что их касается.

— Вы предложили денег за Марту, а она бежала в Рим. Как Вы думаете, кто был заинтересовал в срыве этих переговоров?

— Все, кто в них не участвовал.

— В том числе Медичи.

— В том числе.

— Максимилиан де Круа, в свите которого Марта прибыла в Феррону, приехал в Геную вместе с Вами, на следующий день по приезду встретился с Мартой и сопровождал ее при получении крупной суммы золотом в Банке. После чего помог ей сбежать. Между ними есть некоторая связь, не находите?