Первый удар я нанес мечнику замыкающему строй. Я ударил подобно злобному хорьку, вонзив кинжалы в подколенные ямки приостановившегося воина. Кожаные штаны не помеха в отличии от кольчуги. Я не промахнулся. И, продолжая стоять на коленях, нанес еще несколько дробных сильных ударов в те же места. Один удар был критическим — один из дюжины. Я шагнул дальше, миновал упавшего на оба колена орущего от удивления мечника. И, проходя слева от него — а он правша, как я уже убедился — ударил еще раз, кинжалом в рот, вбив его как можно глубже. Игрок поперхнулся и отшатнулся назад. Боли и крови здесь нет, но если тебе в рот вбивают длинное лезвие…
Следующий мой удар пришелся по магическому светильнику, повисшему в воздухе. С жалобным звоном он угас, к полу полетел сноп быстро затухающих искр. Еще шаг… подпрыгиваю к потолку и вбиваю кинжалы во второй светильник. Магическая лампа тухнет. Весь в ореоле искр я падаю на пол, бросая метательный нож. Он вошел в плечо оборачивающейся девушки. Прыжок — и я вплотную к ней. Прямо вплотную, между нами не втиснуть и ладонь. Обняв ее, прижав к себе левой рукой, я гляжу поверх ее плеча на оборачивающегося паладина, получившего сообщение об атаке — он лидер, он видит статы подчинённых. Он мог бы обернуться быстрее! Но этот самоуверенный светозарный выпендрежник не смог сразу поверить, что их кто-то атаковал.
В коридоре тьма… светится лишь маленький светильник на посохе магессы. Внутри лампы тревожно трепещет предчувствующий беду для хозяйки огонек.
Продолжая обнимать девушку, я часто бью ее кинжалом в спину и шею. Удар, удар, удар, удар… я повторяю и повторяю. Она тихо визжит, ее расширенные глаза прямо передо мной, и я вижу — она перепугана до жути. Она почти парализована собственным страхом. Кто-то страшный явился из тьмы и убивает ее… визг становится тоньше, она даже не думает сопротивляться.
Взревевший медведем паладин бросается вперед, тянется к ее плечу стальной перчаткой. Я отшатываюсь назад и… перерезаю девушке горло. Просто резкое движение поперек горла. Испуганный визг обрывается — к моей радости сработал эффект «немота». Трудно визжать и произносить заклинания с перерезанным-то горлом. А еще трудней это делать когда ты мертв — ее здоровье яростно мигает красным. От ее жизни не осталось почти ничего. Я поступаю некрасиво — наношу ей в живот сильный удар ногой, отбрасывая волшебницу на паладина. Она ударяется спиной о его палицу и умирает. Зеленый ник паладина Кросси остается столь же мирным — видимо у них особые настройки в группе направленные против «дружеского огня». Похвально. Но это не умаляет его ярости, когда он понимает, что только что невольно добил союзника. Истинные паладины так не поступают…