Меня зажало в стальных тисках. Враг решил выжать из меня жизнь как воду из половой тряпки. Одна его рука обхватила за шею, другая за пояс, меня прижало к его броневой груди, я почти потерял возможность наносить ответные удары. И здесь в дело вступил молчавший все это время верный Ползун. Мутно-красный сгусток неожиданно проворно скользнул на чужое запястье и буквально утонул в доспешной щели. Утек прямо под наручи и перчатку! Кросси дернулся — он прекрасно увидел это жуткое зрелище уходящего «внутрь него» слизистого кошмара. Он ослабил от неожиданности хватку, шарахнул «зараженной» рукой о пол. Я привстал и добавил ему еще пяток ударов. Дротик сломался. Я продолжил бить кинжалом в уязвимые места, а другой ладонью «запечатал» ему смотровые щели. Ослепил его.
Ползун жрал его изнутри. Я бил его кинжалом. Он ослеп… и он запаниковал. Меня потащило вверх. Паладин, этот стальной колосс, шагающий танк, вставал на ноги, одновременно отдирая меня от себя как коалу отдирают от бутылки с эвкалиптовым ликером. Я рычал и сопротивлялся. И продолжал бить…
И неожиданно упал на пол.
По инерции врезал по каменному полу. Последний кинжал сломался. Из светящегося сгустка серебристого тумана медленно выполз другой сгусток — красный и мутный — и деловито направился ко мне, напевая привычную урчащую песенку. Я подставил ладонь и слим с радостью на нее забрался. Я привалился к стене и затих, глядя на лежащие у моих ног останки бравого зеленого паладина Госпитальери Кросси.
Седьмое задание-цепочка успешно выполнено.
Зеленый паладин пал. Воин света повержен.
Вскоре приспешник тьмы устало встанет, соберет трофеи и направится обратно к старому сказочнику с докладом о очередной победе тьмы.
Но сначала полежу тихонько минуток десять. Приду в себя. Отдохну.
Ночное зрение закончилось и коридор погрузился в непроницаемый мрак. Совсем хорошо. Можно даже и поспать. По ладони кто-то пробежал. Волосатый гигантский паук спешил по своим делам. Вскоре вдали пронзительно запищала крыса — охотник настиг свою жертву.
Еще одна схватка началась и скоро закончится… что ж, пусть победит сильнейший.
Глава 16
Глава шестнадцатая.
Темное причастие? Или причастие ко тьме?
— Ты перешел ту реку, в чьи воды не войти дважды, о мой близкий друг Шмыг — голос Крутована Сказочника, прежде слабый, дрожащий и казалось в любой миг готовый оборваться навсегда, сейчас набрал невиданную силу и мощь. Его слова гремели в полутемной темнице подобно церковному органу. И даже живущее здесь хриплое эхо боялось передразнивать старика и повторять окончания его слов. Эхо спряталось в густой тени под потолком и лишь едва слышно дребезжало.