В папке же были те самые труды, старые научные работы двух магистров и своевременная, одного мастера, фамилия которого мне была хорошо знакома. Никита Побегаев, батя Михи и автор гримуара. Значит, и у него была метка и доступ сюда…

По рукам пробежалась дрожь от осознания своей удачи. Боялся, что мне придется разбираться с нуля и я упущу время. Но я нашел недостающий ключ к печатям, созданным погибшим хранителем.

Просидел над бумагами я долго, тщательно изучая труд Побегаева. К счастью, он не был ученым в худшем смысле этого слова и не зацикливался на бесконечных определениях и выкладкам теорий. Он проделал за меня всю работу, собрав нужную информацию и изложив суть, основываясь на логике. Предположений там было немного, больше факты и сопоставление разных источников.

Остановился я лишь тогда, когда разболелась голова. Я старался запоминать лишь главное, что касается призыва и воплощений, но глаза сами цеплялись и за прочее, мозг жаждал узнать как можно больше и сложить картину.

Лазарь на мой зов откликнулся сразу же, что вызвало подозрения в наличии способа перемещаться по книжным лабиринтам быстрее.

— Нашли то, что искали? — поинтересовался гигант, принимая назад книги и папку.

— Нашел с чего начать, благодарю.

— Ждать вас завтра? — на его лице появилась легкая улыбка, он заметил мои горящие глаза.

— Если вы не возражаете.

— Вы можете приходить в любое время, адепт. Я всегда на месте.

Хотелось спросить спит ли он вообще, принимая посетителей в любое время каждый день. На забота о самочувствии магистра осталась при мне. От такого предложения не отказываются, не сейчас.

Мне предстояло найти нужную печать в гримуаре и опробовать её в действии. И, если что-то пойдет не так, снова обратиться за помощью. Если же всё пройдет нормально, нужно изучить всё остальное, что может помочь Каре.

Домой я возвращался пешком, нужно было проветрить голову и разложить по полочкам то, что я узнал.

И ещё издалека я заметил на палубе людей. Высокую фигуру своего помощника и ещё одну. Он мне теперь постоянно кого-то подсовывать будет? Кто на этот раз? Может капитан, который нахрен снимет судно со стоянки и отправит его в последний путь.

Но это оказался пропащий монах, которому я отослал демоны знают сколько сообщений. Я зашел на борт и тут же Ларс важно доложил, поклонившись:

— Ваше сиятельство, к вам брат Еврипий.

А то я не вижу… Но по лицу камердинера было ясно, ему самому в таких условиях работать непривычно, но вбиты манеры и правила намертво. Монах же хмыкнул и без стеснений накинулся на меня: