Даже меня проняло, так красиво он рассказывал о том, как всё полетело в бездну и мы разнесли ганзейский остров. Настолько, что сомнение закралось, а в курсе ли его величество о реальном положении дел и том бардаке, что устроили храмовники под предводительством его сына. Слабая улыбка цесаревича на особо пафосных моментах подтверждала мои подозрения.
Вволю наговорившись, монарх передал слово наследнику. Георгий кратко повторил хвалебные слова бати и вдруг подмигнул мне, объявив:
— По особому распоряжению его императорского величества, мы изъявляем волю свою и даруем верному служителю всеблагих, адепту Илье, наследный графский титул с правом выбора фамилии и основания рода, а также земельный надел в Санкт-Петербургской губернии размером пять гектар.
У всех вырвался удивленный вздох, а у меня едва не сорвалось ругательство. Вот про то, что эта парочка обещали сделать меня графом, я совсем позабыл. Да что такое с моей памятью в последнее время…
Пропавший брат Еврипий будет счастлив, я снова вовсе не выделился. Вручение наследного титула, да ещё и с землей, в столице последний раз случилось десять лет назад. Что-то мне подсказывает, что такое точно привлечет внимание примерно всех.
Глава 4
После объявления ошеломляющей новости наступила гробовая тишина. В ней я услышал, как у Карла, стоящего рядом, заурчало в животе. Возможно, от удивления.
В следующий момент произошло сразу несколько событий. Цесаревич кашлянул, Глеб пихнул меня в бок, чтобы я вышел и поблагодарил императорскую семью, а гости опомнились и вяло зааплодировали.
И пока я шел к сцене, то вспомнил единственное исключение в титуловании, произошедшее за последнее время. Графиня Ольга Зимина, одаренная титулом не так публично. Точнее совсем непублично и за такие особые заслуги перед его величеством и его высочеством, что и упоминать не стоило в приличном обществе. Надеюсь, меня за графа не поимеют, нда…
Пока мне вручали огромную грамоту, украшенную вензелями, гербами и золотом, я пытался прикинуть сколько это — пять гектар. Вроде футбольное поле чуть меньше гектара… Не очень щедрый земельный надел, наверняка ещё и в такой дыре, что добраться туда можно только на оленях.
Но моё мысленное ворчание было скорее защитной реакцией. Оказанная великая честь могла стоить не менее великих проблем. Одно дело постоянно светиться в самых разнообразных событиях, а другое ворваться в аристократическую тусовку.
Будь мой титул ненаследным, любители евгеники и не почесались бы. Как бы действительно не началась охота за выдаиванием из меня стакана жидкости, способной установить мою наследственность. Не поговорил я с Еврипием до того, как выбивал награду у их высочеств.