Я остановилась, когда загорелся красный свет светофора, и повернулась к ней лицом. — Пару дней назад он ночевал у меня дома.
Лекс взвизгнула и толкнула меня в плечо так сильно, что моя голова резко откинулась в сторону и чуть не ударилась о стекло.
— Сучка! И ты мне не сказала?
— Лекс, успокойся. Мне не нужно сотрясение мозга.
Она пригладила свои короткие черные волосы и сжала руки, а от волнения ее лицо просветлело. — Прости. Не могу поверить, что ты ничего не сказала.
— Там действительно не о чем рассказывать.
Когда машины передо мной ускорились, мое внимание снова переключилось на дорогу.
Краем глаза я заметила, как она с недоумением скривила лицо.
— Нечего рассказывать, то есть он был никудышен в постели — что, кстати, было бы настоящей трагедией — или ничего, то есть не было никакого обнаженного траха?
— Вариант Б.
Лекс недоверчиво рассмеялась. — Ладно. Поняла. Вы только что познакомились. Надо заставить его потрудиться. Но тогда зачем ночевка? Похоже на ненужное искушение.
Моя кузина внимательно слушала, пока я рассказывала, как Дерек мчался ко мне домой после нападения Юрия. Улыбка Алексы расширилась, когда я упомянула, как он отнес меня в гостиную, и последовавшее за этим бесстыдное падение в обморок. Никогда не склонная сдерживать театральность, она приложила руку к сердцу и притворилась, что падает в обморок, узнав об исследованиях Дерека в области диабета. Как получательница бесконечных подарков, записок, цветов и невероятного количества нежелательных предложений руки и сердца, как ни странно, то, что Дерек нашел время, чтобы узнать о моем диагнозе, было самым милым жестом, который когда-либо делал какой-либо мужчина.
— Итак, ты дала ему зеленый свет, чтобы он перевернул тебя наизнанку, а он отказался?
— В общем, да.
— Ну, он гей?
— Лекс! Он не гей. Он очень заинтересован.
Алекса выдохнула с свистом.
— Эва, ты чертовски сексуальна. Ты хочешь сказать, что ты выставила свои сиськи напоказ, практически умоляя этого мужчину трахнуть тебя до полусмерти, а он тебя отверг? Послушай, либо он играет за другую команду, либо его маленький товарищ по команде вообще не играет — если ты понимаешь, о чем я.
Я не смогла сдержать смех. Независимо от обстоятельств, я всегда могла рассчитывать на то, что Лекс поднимет мне настроение.
— Поверь мне, проблема не в этом.
— Значит, проблема есть?— спросила она, приподняв брови.
— Нет… я не знаю. Он просто всегда… думает. В один момент я клянусь, что он вот-вот съест меня заживо.
Я повернулась к ней и облизнула губы.
— Боже, и я бы просто раскрылась и позволила ему.