Темные глаза отца сузились. — Что он?
— Он замечательный. Ты обязательно должен с ним познакомиться. Он сын Джеймса.
Его суровое выражение лица смягчилось. — Конечно. Послушай, я доверяю твоему мнению. И если ты говоришь, что он хороший, то я с нетерпением жду встречи с ним.
Впервые за это утро я улыбнулась. Мысль о том, что Дерек и мой отец узнают друг друга, вызывала у меня необъяснимое трепетание в животе.
— Он похож на Джеймса? — спросил он, обнимая меня за плечи.
— Иногда, когда он улыбается. И в глазах.
Неожиданные слезы собрались на моих ресницах. — Это нереально.
Он крепче сжал меня и поцеловал в висок. — Расскажи мне о нем.
Я вытерла глаза и кивнула. — Хорошо, дай мне несколько минут, и я встречу тебя в столовой. Мне нужно взять свой набор.
Отец еще раз поцеловал меня в макушку, прежде чем выйти из кухни.
Хотя я знала, что есть конкретные детали, которые я опущу, когда речь зайдет о Дереке, мне не терпелось обсудить его с отцом. Как и в случае с Алексой, я хотела, чтобы он с пониманием отнесся к идее присутствия Дерека в нашей жизни. В каком качестве, я не знала. Или, может быть, отказывалась исследовать этот вопрос в данный момент.
Но прежде всего я знала, что означает моя нарастающая головная боль и ощущение пересохшего горла.
ГЛАВА 9
ДЕРЕК
— Опоздание на двадцать минут.
Ронан откинулся на спинку черного кожаного кресла, сцепив руки на столе, и ухмыльнулся краешком рта.
— Кое-что произошло.
— Кое-что произошло? — повторил он, наклонив голову в притворном любопытстве.
Хотя это прозвучало как дерьмовое оправдание, это было не так. Та девчонка, которую Эва притащила в мой дом, забаррикадировалась в моей кладовке, где только можно. Утверждала, что Деймос пытался ее съесть. Вполне возможно, что так оно и было. И, вероятно, должен был избавить ее от страданий.
Я закатил глаза, вспомнив, как нелепо она выглядела. Потребовалось почти полчаса, чтобы выманить эту маленькую сучку наружу, но при этом не пришлось выламывать дверь... или прибегать к более агрессивной тактике. Эта мысль, конечно, приходила мне в голову. Но какое впечатление произвело бы на Эванжелину, если бы я выпотрошил ее подругу у себя на кухне?
— Это ведь не имеет никакого отношения к той женщине, которая приходила к тебе вчера?
Я вскинул голову и сузил глаза, но промолчал, позволив ему первому выложить все, что он знает. Ронан задорно рассмеялся и нахмурил брови, играя в ту же игру.
О Эванджелине он мог узнать только через Кирнана - этого мешка с дерьмом. Я был так занят обеими женщинами, что он ускользнул от моего внимания. Мне не нравилось это чувство. На меня не похоже, чтобы я забывал, не доводил дело до конца и не преподавал урок, когда это было необходимо.