— Предлагаю тебе опустить оружие, — сказала она, приподняв идеально изогнутую бровь. Мой взгляд опустился на грудь, где на коже виднелись красные пятна от приклада.
— В какую, блядь, игру ты здесь играешь?
— Пожалуйста, отпусти Софию. Моя тетя будет не слишком рада, если мы вернемся в Мексику без нее.
В ее голосе с акцентом звучала неявная угроза, а темные глаза были прикованы к моим.
Более крупная женщина перестала барахтаться, ее тело безвольно обмякло у перил. Я позволил ей упасть на холодный бетон и шагнул к Амалии.
Настоящей Амалии Монтесинос.
— Объясни, — сказал я, убирая пистолет в кобуру.
Амалия подняла взгляд на окружающие здания, и одним кивком мгновенно убрала блеск прицела винтовки — свидетельство той власти, которой она владела.
— Мне нужно было убедиться, что ты настоящий, Кейн. Я не веду дела с самозванцами и подражателями-плохишами с маленькими членами и без мозгов.
Она прошла мимо меня, облизывая губы и оценивая меня с похотливой улыбкой. — Хм, похоже, у тебя нет ни одной из этих проблем.
Амалия была необыкновенно красивой женщиной.
Два месяца назад я бы с удовольствием провел с ней время, но была только одна женщина, чье прикосновение я жаждал.
— Итак, скажи мне, мистер Кейн, что именно привело тебя сюда? Елена сказала, что ты хочешь уничтожить русскую преступную семью. Довольно амбициозно.
— Что-то в этом роде.
— Конечно, человеку с твоими навыками и ресурсами не нужна моя помощь для осуществления такого плана, не так ли?
Металл скреб по бетону, когда она отодвинула стул, села, скрестив ноги, и небрежно откинулась на спинку.
— Это не имеет отношения к Аресу. Это личное.
Дверь раздвинулась, и молодая женщина с чертами лица, похожими на черты без сознания Софии, направилась к нам с бутылкой коньяка и двумя бокалами.
— Пожалуйста, садись. Выпей и расскажи мне поподробнее об этой твоей личной проблеме.
Я бросил беглый взгляд на окружающую обстановку, прежде чем сесть. Репутация «Las Mercenarias» опережала их. Не собираясь терять бдительность, я отказался от предложенного напитка и пронзил ее взглядом. — Это мое дело. Ты получаешь свои деньги, а я получаю то, что хочу: голову Дмитрия Белова на чертовом столе.
Амалия сделала глоток из своего бокала и со смехом поставила его на стол. — Ну, это, безусловно, звучит лично. Дай угадаю. В этом плане мести замешана… женщина?
Я стиснул зубы.
— У нас сделка или нет?
Ей не нужно было знать подробности. Мое доверие было ограничено, и я никогда не рискнул бы жизнью Эвы.
— Похоже, я попала в самую точку.
Еще одно злорадное хихиканье сорвалось с ее накрашенных в красный цвет губ.