Вместо прощения в его душе воспылала ненависть к Ковену и их прокля́тому полубогу, которому они так самозабвенно поклонялись. Ненависть за то, что те так извратили когда-то дорогого ему человека. По законам Закатного королевства, как и любого другого государства на западе и юге Павелена, за те преступления, что совершила его дочь будучи старшей слугой Ковена, ей полагалась смерть. Даже несмотря на ее благородный статус и силу их семьи. Наверное, он мог бы организовать ее бегство в Дикие королевства или даже в Свободные земли, на что, скорее всего, и рассчитывала Мариу́са, когда заявилась на порог его замка в поисках защиты от своих же собратьев. Вот только слухи все равно бы поползли, и тогда отвечать уже пришлось бы ему самому. Как бы силен он не был, в Павелене найдутся те, кто исполнит приговор. В конце концов, запрет на жертвоприношения установлен самим Первым императором, и ради такого случая он и сам может пожаловать в гости.
Когда слуги Ковена вместе с нанятыми ими наемниками высадились на берег возле его замка, Мариуса еще была жива, но судьба ее уже была предрешена. Вот только будущий магистр не стал разговаривать с незваными гостями, а поубивал их всех на месте, спустив на них всю скопившуюся злость и ненависть. В тот же день он лишил жизни и свою дочь, но сделал это милосердно, без лишних слов и боли.
На следующий год он получил звание магистра, которое признали все сообщества магов цивилизованных государств. А ведь он как можно дольше хотел не привлекать внимания к своей выдающейся даже по меркам мастеров магической силе.
Ковен не прощает своих обидчиков, и все эти 20 лет патриарх и слуги Отрекшегося пытались найти возможность уязвить его, пусть не напрямую, но через близких ему людей, через его планы и интересы, через его репутацию. Но и магистр Протерус так легко не забыл, кто виновен в смерти дочери. И первым в списке числился мастер Хирузен, наставник его дочери, отравивший душу Мариу́сы обещаниями их полубога о лживой и заемной силе.
Вот и сейчас магистр знал, что разминулся с этим темным выкормышем в Корпугаре лишь на толику времени. Он лично видел догорающий то ли склад, то ли сарай, от которого так и веяло грязной силой служителей Ковена. Он сумел проследить за повозкой, оставляющей за собой след кровавой магии, и нашел этого Мазая, которого сначала хотел размазать на месте. Но что-то в последний момент его остановило. Может следы ожогов запрещенной магии на теле, а может его странное поведение. В итоге он стал свидетелем того, как наемники (что выяснилось чуть позже) в прямом смысле слова утопили пару древних артефактов, за которые по самой скромной оценке можно было бы получить не меньше пары тысяч золотых монет. За каждый. Главное знать, кому продать.