Магистр взял небольшую паузу, давая мне осмыслить услышанное.

— Вот только я совсем не хочу участвовать в этом, понимаешь? — продолжил он. — И я думаю, не проще ли мне не дожидаться исхода, а разрубить эту связь прямо сейчас?

Я не выдержал и нервно сглотнул, понимая к чему клонит один из сильнейших магов континента. Многое из его слов объясняло то количество «приключений», что выпало на долю нашего отряда за столь короткое время. И я даже догадывался, что именно во мне притягивает к себе эти так называемые судьбоносные ниточки. Но вот кардинальное решение проблемы, на которое намекал господин Протерус, меня не устраивало совсем.

— Безусловно, моих знаний не хватает, чтобы разобраться во всей этой паутине, — осторожно начал я. — Но даже мне понятно, что такой радикальный способ решения вопроса еще больше впишет вас в тот узор, что уже неуловимо начинает вырисовываться без нашего на то согласия. И если моя ниточка оборвется, то это еще не значит, что рисунок распадется на отдельные фрагменты. Возможно, судьба решит, что на эту роль требуется кто-то другой. И более подходящей кандидатуры чем вы, представить сложно.

Господин Протерус слушал меня с легкой полуулыбкой, как ребенка слушает взрослый, когда тот пытается сказать ему важные вещи. Вот только даже в словах ребенка иногда проскакивают простые истины. Возможно, и на этот раз, что-то такое прозвучало в моей речи, заставившее магистра на десяток секунд задуматься.

— Завтра я пришлю тебе предложение, отказаться от которого ты не сможешь, — наконец произнес он. — Надеюсь, мы больше не увидимся.

После этого магистр жестом показал, что больше меня не задерживает. Я же, встав из-за стола, сделал небольшой поклон, как того требует этикет при общении с благородными особами, молча покинул помещение. Желание более не встречаться с этим человеком было взаимным.

На следующий день меня вновь сопроводили в ту же допросную комнату, где на этот раз сидел неприметный чиновник, который аккуратно и неторопливо выложил передо мной несколько бумаг.

— Уважаемый Мазай, — обратился он ко мне, а я успел отметить, как изменился мой статус «обвиняемого». — Я уполномочен сделать вам предложение от господина Протеруса, который своей милостью готов дать вам выбор.

— Что ж, могу я узнать между чем и чем мне предстоит выбирать?

— О, конечно, прошу, — чиновник пододвинул ко мне бумаги.

К моему удивлению, там было лишь 2 коротких документа в двух экземплярах каждый. На всех страницах были уже проставлены подписи.

Первый лист был мировым соглашением, по которому мне предоставлялась отсрочка по выплате 50 золотых на три года. При этом первый взнос в размере 12 с половиной монет необходимо было сделать сразу. Магистр будто бы знал сколько денег у нашего отряда в распоряжении прямо сейчас. Хотя почему «будто»? Уверен, что действительно знал.