— Только если в клетку бросить, — пошутил я.

Вот только… а это ведь выход! Нет, не бросать музыканта в клетку, а отправить его куда подальше из города. В этом плане, если наша труппа все же отправится когда-нибудь в столицу, Григорий Лукьянович уже не будет представлять большой угрозы для Михайлова. Он будет сосредоточен на собственной карьере там, налаживании связей, и ему не будет никакого дела до интрижки с дочерью Бориса Романовича. А выгодно ли мне и дальше продолжать работать с Тишковым? Так-то я бы не прочь сменить себе музыканта, но если уж и искать кого, то сравнимого по искусству. Думаю, в столице вполне можно найти замену Тишкову. И значит, надо лишь убедить того молчать, пока он находится в городе.

— Пообещать обязательно взять его с собой в столицу, если он не будет распространяться о связи с Ариной, а там уже наши пути-дорожки и разойдутся, — кивнул я сам себе.

Причем можно даже честно его о том предупредить. Ведь музыкант и сам не горит желанием постоянно работать в труппе. Думаю, его такой расклад устроит.

Но при моем варианте Михайлову все равно придется выходить на разговор с Тишковым. Борис Романович же упоминал, что пообещал музыканту выступление. А сейчас уже устраивать его не собирается. Уже немного зная Григория Лукьяновича, тот непременно пойдет узнавать о причинах такого поведения Михайлова. И уже в качестве мести способен нарочно распространить слух о своей связи с Ариной.

— Надо бы с Борисом Романовичем это обсудить, — нахмурился я.

Будущее моего салона теперь на него завязано в немалой степени. Вот и приходится помогать в решении нежданной проблемы со всем старанием.

Через четверть часа я уже вновь покачивался на диване кареты, находясь в пути, и выглядывал в окно. Тут заметил вывеску банка и вспомнил, что собирался Дмитрию Борисовичу отправить деньги с приложенным к ним посланием. Прямо сейчас останавливаться не стал, но зарубку себе сделал — навестить Николая Алексеевича на обратном пути.

— Бориса Романовича сейчас нет, — такими словами встретил меня лакей, уточнив, к кому я пришел.

Я мысленно дал себе подзатыльник. Ведь не просто так принято предупреждать о своем визите! Чтобы вот таких казусных ситуаций не случилось.

— А как скоро он будет?

— Мне то неведомо, — невозмутимо ответил лакей.

Вздохнув, я попросил передать Михайлову, что выполнил свою часть старого уговора и есть мысли о том, как решить одну его проблему. На том и откланялся, отправившись в банк.

— Рад вас видеть, Роман Сергеевич, — с широкой улыбкой встретил меня Гравников, когда я отсидел небольшую очередь.