Мы поднялись до комнаты и зашли. Раздевались уже при свете керосиновой лампы — за окном совсем стемнело. Ванна стояла посреди комнаты — большая, чугунная, даже боюсь представить, сколько сил у домовника ушло, чтобы даже пустой ее сюда притащить. Зато мы с Настей свободно вместе в нее поместимся.
На предложение искупаться вдвоем любимая сначала замялась, но затем решительно кивнула. И первой очень быстро скинула платье и залезла в воду. Та была не горячей — успела подстыть. Я от нее отстал лишь на пару минут.
— Ты напряжена, — заметил я, касаясь тела Насти.
Она сидела передо мной спиной, и я не видел ее лица. Зато чувствовал, как подрагивает ее тело. Зря я решил, что в пути она успокоилась. Чтобы хоть как-то ее расслабить, я принялся за массаж плеч. Осторожными касаниями размял воротниковую зону, затем перешел на спину. Постепенно девушка расслабилась, и я не удержался и стал целовать ее шею. На миг он напряглась, но потом откинулась назад и запрокинула голову. Наши губы соприкоснулись. Поцелуй был удивительно нежным, а Настя робкой. Совсем не похоже на то, как она вела себя в наши последние ночи. Но с каждой секундой ее зажатость уходила, сменяясь былой страстью. В какой-то момент она полностью развернулась ко мне и оседлала. Не скажу, что в ванне было очень удобно, но на стесненное пространство я почти не обращал внимания, полностью поглощенный страстью. А затем дело дошло до «главного»… и вот тут я понял, что со мной в ванне находится отнюдь не моя невеста.
Глава 8
31 октября — 1 ноября 1859 года
Царицын, съемная комната Романа
Я сидел и пытался понять — сон это, или рядом со мной действительно находится не Настя, а Аня. Но закушенная от боли губа девушки, теснота «внизу» и небольшое темное пятно в воде, которое еле можно было заметить в свете керосиновой лампы, доказывали, что я не ошибаюсь. Последняя «проверка» — это взгляд на палец, где должно быть помолвочное кольцо… его нет.
«Как я мог так ошибиться⁈» — пронзила меня мысль.
Почему Аня решила подменить сестру — другой вопрос и задам я его девушке позже, сейчас надо разобраться, с чего я вообще не понял подмену.
Мысли лихорадочно заполнили мою голову. Девушка пока пыталась справиться с болевыми ощущениями, даруя мне время на размышления.
Первое — я даже мысли не допустил, что передо мной не моя невеста, а ее сестра. И было с чего — Анна никогда не приходила ко мне в одиночку. Когда я с ней заговорил, она не назвалась, а стоило речи зайти про выходку Антона — не поправила, что дело было не с ней, а с Настей и вела себя так, словно передо мной моя невеста.