— Да когда я туда еще поеду, — попробовал я отмахнуться.

— Ну как же? — всплеснул он руками. — На днях пришла телеграмма, что Николай Карлович завершил свою инспекцию и возвращается. Не сегодня, так завтра он будет в Царицыне! Я думал, вы знаете, потому и приехали в город.

Удивил меня Волошин.

— Нет, у меня завтра суд. Пустячное дело, — тут же добавил я, чтобы не вдаваться в подробности. — Я ни в чем не виновен, но формальность требуется соблюсти.

— Тогда вам несказанно повезло! Ну так что, вы поделитесь новинкой?

— Это не военная песня, — тут же огорчил я офицера.

— Жаль, — расстроился он. — Но все равно — не терпится услышать, что вы придумали.

— Для того я и позвал Ульяна Игоревича. Прежде чем композицию представить миру, ее нужно разучить.

— Ну хотя бы на гитаре сыграйте, — не сдавался Волошин.

Очевидно мужчине понравилось, что в прошлый раз он был единственным, кто слышал песню заранее, пусть и лишь в гитарном исполнении. Возможно даже получить с этого какие-то дивиденды хотел. Не обязательно денежные — репутация человека знающего тоже дорого стоит.

— Прошу меня простить, но я не подбирал аккорды конкретно для гитары, — развел я руками. — Она используется, но не на протяжении всей песни, что сами понимаете — в сольном исполнении никак не сможет передать всю мелодию.

Волошин окончательно сдался, а я получил возможность поговорить со стариком Завадским.

— Я отправил слуг найти тех музыкантов, которые с нами выступали, — делился Ульян Игоревич. — Думаю, завтра всех соберем. Вот только где место под репетиции взять, я пока не знаю, — развел он руками.

Услышав это, Емельян Савватеевич тут же воспрял.

— Я смогу найти вам место! Но взамен прошу разрешения присутствовать на репетиции.

Вот настырный! Но если он решит эту нашу проблему, то пусть слушает.

— Если вы также будете молчать о новинке, то я согласен, — вздохнул я обреченно.

На лице Волошина тут же расплылась улыбка.

— Не сомневайтесь, Роман, буду нем как рыба!

— Тогда прошу вас завтра к часу дня прислать записку с адресом. Думаю, к тому времени я уже освобожусь, — прикинул я, на сколько застряну в зале суда. Кроме даты в приглашении на суд писалось, чтобы я был утром в десять часов. На всякий случай взял с запасом себе времени — мало ли, насколько это формальное заседание растянется.

Больше задерживаться в гостях я не стал. Все детали по будущей песне мы с Завадским договорились обсудить уже перед репетицией. А меня девушки ждут. Два выделенных мной часа им на сборы почти подошли к концу. Пора выбить из их прелестных головок ту чушь, что подселили к ним в детстве.