А мне именно это и было нужно — чтобы разговор на внешний вид перешел. Думал, дольше придется к этому подводить.

— Положение не определяется внешним видом, — ответил я как можно надменнее. — Помнится, царь и император Петр Первый не стеснялся и в рубахе ходить, да лично за топор брался, когда флот наш строил. Разве это умаляет хоть на каплю его честь?

— Нет конечно, — тут же сдала назад Северягина.

— Анастасии и Анне очень к лицу эти наряды, — оглядел я своих спутниц. — Они подчеркивают их природную красоту. Этот стиль одежды я бы назвал — скромная роскошь. Разве вы не видите, что ткань, из которой сшиты платья, не по карману простой горожанке, а тем более — крестьянке? Вы совсем не разбираетесь в этом?

— Ну что вы, я прекрасно разбираюсь в видах тканей, — скривилась Ольга.

— А ведь здесь еще и вышивка имеется, и не абы какая — а драгоценными металлами. Она не броская, но умному и проницательному взгляду многое скажет.

Мой намек был более чем красноречив — раз троица дам приняла платья моих спутниц за «простолюдинские», то умными и проницательными их не назовешь. И те мой намек поняли.

— Вы дали мне совет, позволю и себе сделать ответный, — продолжил я. — Не судите людей по внешнему виду, а главное — не завидуйте. Ведь все мы прекрасно понимаем, что далеко не на каждую фигуру подойдет любой наряд. Хорошего вечера.

Оставив трех матрон хватать воздух ртом от возмущения, мы двинулись дальше по залу. Защитить честь своих девушек — это ведь не главная моя задача была на сегодня. Я еще хотел и завести полезное знакомство на будущее.

— Спасибо, Роман, — чуть прижалась к моей руке Настя, — это было красиво.

Аня промолчала, но тоже на миг прижала мою руку к своей груди, после чего тут же отстранилась, чтобы не пересекать нормы приличий.

Вскоре я обратил внимание, что мы были самыми молодыми в зале. Все остальные гости Афанасия Николаевича имели возраст от тридцати лет и выше. И было их не так, чтобы много. Как полагаю — из-за того, что сам прием был не запланирован и приурочен к приезду адмирала Краббе.

Я ходил по залу с девушками и подходил то к одной группе людей, то к другой. Чаще всего все заканчивалось обменом приветствий и пожеланиями хорошего вечера. Нас здесь никто не знал, и люди пока смотрели на нас со стороны. Так я внезапно познакомился с Дмитрием Толстым, занимающим пост губернатора в Воронеже. Не удержался и спросил — не является ли он братом Льву Николаевичу?

— Нет, вы меня путаете с моим полным тезкой, к сожалению, уже почившим, — скупо улыбнулся губернатор.

Отходил я от него в полном ошеломлении. О том, что у Льва Толстого есть брат Дмитрий, я не знал. Среагировал при знакомстве с губернатором лишь на фамилию и отчество, да примерные годы жизни писателя. А тут оказывается — у Льва Толстого был брат Дмитрий, но есть и еще один Дмитрий Толстой, с которым я только что имел беседу. Кстати — тоже Николаевич! И к писателю он отношения не имеет никакого! Однофамилец, или просто из разных ветвей одного рода.