Сама квартира оказалась четырех комнатной с большими просторными комнатами и отдельным санузлом. Насколько я знал, муж Елены Максимовны служил в канцелярии губернатора. Сама женщина была домохозяйкой и следила за детьми. Впрочем, те уже были достаточно взрослыми, чтобы не требовать к себе особого пригляда.

Надолго приветственную часть, что принята по этикету, я растягивать не стал.

— Сами понимаете, нам уже утром рано уезжать, — развел я руками, извиняясь за свою «спешку». — Прошу, вот список упражнений, о котором мы говорили, — протянул я даме тетрадку со своими записями.

Та тут же ее раскрыла и принялась читать, после чего ее глаза округлились.

— Роман, но я не понимаю, как их выполнять. Да и что вы подразумеваете, называя, к примеру, упражнение на пресс.

Тут я только понял, что из-за спешки использовал принятые в будущем названия, даже не попытавшись их адаптировать к нынешнему времени, лишь о тренажерах думал.

— Давайте я тогда на себе покажу, как их выполнять, — предложил я. — И сразу оговорюсь — вам понадобится более свободная одежда для тренировок, — и при этом я выразительно окинул ее взглядом.

На женщине было обычное платье, но вот для спорта оно не годилось совершенно.

— И какая же?

— Рубашка, желательно без застежек, — аналога слову «футболка» не было, и мне пришлось тут же в той же тетради сделать пояснительный эскиз. — Вниз — свободные брюки. Или панталоны до колен. Они не должны стеснять движений, а использоваться будут лишь при тренировках. Сразу после гимнастики их лучше будет тут же стирать или хотя бы споласкивать.

— Да уж, в таком на улицу не выйдешь, — рассмеялась Елена Максимовна.

— Так ведь никто от вас этого и не требует.

Когда с этим вопросом разобрались, я перешел к показу упражнений. Для чего мне пришлось скинуть пиджак и снять галстук, оставшись лишь в рубашке. Да и брюки закатать до колен. Фаттеева в это время окидывала меня жадным взглядом, хоть и старалась скрыть свой интерес. Аня смотрела на нее чуть свысока, мысленно посмеиваясь. Так смотрят собственники, когда чужие люди засматриваются с завистью на принадлежащие им вещи, но не могут их получить.

— Вам все понятно? — слегка запыхавшись, ведь иногда Елена Максимовна просила повторить то или иное упражнение снова, спросил я даму.

— Да, надеюсь, я все запомнила, — кивнула она. И тут же перешла к иному, — вы не передумали написать мой портрет?

— Времени не так уж много, но я постараюсь успеть, — глянув на часы, ответил я.

— Тогда у меня будет просьба. Я хочу выглядеть на картине, как десять лет назад — такой же стройной и красивой. Смотря на нее, я буду знать, ради чего выполняется показанная вами гимнастика.