Я всегда считал глупостью управление страной в ручном режиме. Зачем царю чиновники, если он сам должен решать вопрос рытья колодца или вывоза мусора в каком-то селе? И госслужащих тоже наказывали, причём гораздо суровее. Не до всех доходило, что надо выполнять свои обязанности, не воровать и находить общий язык с людьми. Чиновник — это слуга народа, а не сатрап, которому должность дали в кормление. С излишне непонятливыми или нечистоплотными у меня разговор короткий. Понятно, что до идиллии далеко и мы только в начале пути. Но именно так сейчас тестируется местное самоуправление. Лет через пятнадцать мы дойдём до рабочей формы земства. Я на это очень надеюсь. Или будет какая-то иная форма, появившаяся в процессе эксперимента. Пока мы наблюдаем и думаем.

Зато в последний год не было особых инцидентов. Речь не только о столице, но и обо всех крупных городах. Это я к тому, что в стране начал зарождаться порядок.

Хотя в случае грамотного мятежа с моим убийством система может не выдержать. Уж слишком всё хлипко. Да и демократия в управлении касается исключительно слобод с мелкими вопросами. В большую политику чернь никто не пустит. В первую очередь я сам не позволю. Просто мы насаждаем законность внизу. В верхах пока всё сложно. Да и само будущее государственное устройство я не определил. Нужно много лет, чтобы нащупать верный путь.

Значит, у заговорщиков теоретически есть шансы. Вернее, их нет, если они одновременно со мной не убьют Дудина, Гаврилова и Морткина. Те давно получили особый приказ на случай моей смерти. Только кто даст гарантию, что они его исполнят? Снова возвращаемся к моей прогрессирующей паранойе. И как тут остаться нормальным?

— Петра они с панталыку сбивают? — задаю ещё один важный вопрос.

— Сложно сказать, государь. Здесь тебе и царевнам виднее. Однако Сергей Пронский всё ближе к царевичу. Именно с его влиянием я связываю охлаждение Петра Алексеевича ко многим наукам, кроме языков, географии и военного дела, — произнёс Башмаков, явно подбирая слова. — Ещё и возраст такой. Царевич порывист и слишком увлечён артиллерией с фортификациями. Недавно он с Тиммерманом придумал новое укрепление. Даже сам пробовал лопатой махать и доски укладывать, когда его строили на полигоне.

Об этом мне доложили. В принципе, ничего плохого в этом нет. Немного резануло, что Пётр начал походить на себя, известного в моём мире. Честно сказать, я никогда не понимал восхищения историков, описывающих получение русским царём сертификата плотника и корабела в Голландии. Или это было в Англии? Без разницы. Монарх должен заниматься иными делами, нежели строгать рубанком или чего-то мастерить на станках Нартова. Правитель государства обязан решать более глобальные вопросы. Ладно бы царь-реформатор создал базу для кораблестроения или организовал производство отечественных станков. Так ведь нет. Азовская эскадра сгнила, не выйдя в море. Да и корабли далее строили бессистемно и спешно. Про нартовские станки лучше не вспоминать, со смертью великого изобретателя всё закончилось. Может, отсюда происходит технологическое отставание России?