— Не будем им мешать, — кивнул я, и мы пошли дальше.

Старый, сколоченный из кривых досок сарай чернел неподалеку от тропинки. Дурацкое строение, честно говоря. На фоне окружавшей его красоты оно выглядело нелепо и убого. Мы подошли ближе, но из сарая не донеслось ни звука. Я постучал в дверь.

— Кто здесь? — настороженно спросил хриплый мужской голос.

Не дождался ответа и затянул свою привычную песню:

— Убирайтесь! Уходите прочь, оставьте меня в покое, дармоеды! Дайте хоть во сне немного отдохнуть!

— Неужели вам нравится там сидеть? — удивился я. — За дверью, совсем рядом с вами удивительная жизнь. Ключ от двери у вас в кармане. Что еще вам нужно?

— Нет у меня никакого ключа, — сердито ответил голос. — И карманов тоже нет. Проваливайте!

В другое время я обиделся бы на этого невидимого грубияна и махнул на него рукой. В конце концов, это его сон и его личное дело. Хочется ему сидеть в темном и душном сарае, ну и пусть сидит.

Но сейчас меня переполняло опьяняющее чувство полного всемогущества. По сравнению с ним любая обида казалась мелкой и смешной.

— Подождите, я сам поищу, — рассмеялся я.

Опустил руку в карман и услышал, как металл звякнул о стекло. Рядом со склянкой, в которой плескалось Зелье Сноходца, я нащупал длинный ключ с большой бородкой. И это меня нисколько не удивило.

Достав ключ из кармана, я вставил его в замочную скважину. Механизм замка сопротивлялся, как будто не хотел выпускать запертого внутри человека. Наконец, он поддался с ощутимым усилием.

Я распахнул криво висевшую дверь. В темноту сарая проник веселый утренний свет. Я не сразу разглядел человека, который забился в самый дальний угол между кучами какого-то старого хлама, да еще и прижался спиной к стене. Наверное, он боялся, что на него нападут сзади.

На нем была длинная ночная рубашка и забавный колпак с кисточкой, которая свисала на бок. Это был мой отец.

Растерянно моргая, он смотрел на меня.

— Доброе утро, ваше сиятельство! — весело сказал я. — Выходите, дверь открыта.

— Александр? — недоверчиво спросил отец и привычно нахмурился. — Что ты здесь делаешь?

— Я вам снюсь, — с улыбкой объяснил я. — Так что можете не обращать на меня внимания и не стесняться своего вида. Лучше выбирайтесь из этого старого сарая и полюбуйтесь своим настоящим сном.

Я вспомнил призрака обер-прокурора Рябушинского и добавил, сморщив нос:

— Здесь пахнет мышами.

— Это снова твои магические штучки? — закипая, повысил голос отец.

Но я не дал ему договорить.

— Нет-нет! Ссориться мы с вами не будем. Иначе от злости вы проснетесь и упустите свой единственный шанс.