Я покачал головой.

— Благодарю вас за предложение, но вынужден отказаться. Возможно, Николай Тароватов ни в чем не виноват, а фабриковать доказательства я не стану.

— Но проверить вы можете? — сжимая кулаки, спросил моряк.

— Не только могу, но и обязательно проверю, даже без вашей просьбы. Просто потому, что привык доводить дело до конца.

— Это все, что мне нужно, — кивнул Куликов. — Прошу вас, приглядите за Савелием.

— По мере возможности, — улыбнулся я.

И мы снова пожали друг другу руки.

Хранительница Снов стояла чуть в стороне и ждала окончания нашего разговора. На ее лице не было нетерпения, она с любопытством оглядывалась, наслаждаясь новым для себя сном.

Когда Георгий Куликов вернулся к костру, я подошел к ней.

— Вам нужно идти, — с легкой тревогой сказала Хранительница Снов. — Молодой сноходец еще слаб. Он слишком долго пробыл в снах и рискует остаться здесь навсегда. Уведите его. К чудесам надо привыкать постепенно.

— Конечно, — согласился я. — Спасибо за чудесную прогулку.

— Мне тоже очень понравилось, — улыбнулась Хранительница Снов. — Особенно этот летающий человек в смешном колпаке с кисточкой. Мне показалось, что вы с ним знакомы. Это ваш родственник?

— Да, и очень близкий, — рассмеялся я.

— Люди не часто летают вот так во сне, — задумчиво сказал Хранительница. — Но после этого они уже не могут оставаться прежними. Непременно меняются.

Хранительница Снов дотронулась до моей руки.

— Я не хотела вам говорить. Ждала, что вы сами догадаетесь. Но потом поняла, что это может случиться нескоро. Вы теперь тоже сноходец. У вас открылась новая грань магического дара.

— Вот как? — удивился я. — Мне казалось, что это действует зелье.

— Действие зелья давно закончилось, — улыбнулась Хранительница. — Как вы думаете, сколько времени прошло с тех пор, как вы заснули? А вы до сих пор здесь, и этот сон уже наполовину ваш. Достаточно ваш, чтобы вы могли приходить сюда, когда пожелаете.

— Хорошая новость, — согласился я.

И снова дотронулся до своего перстня, в который был вставлен черный алмаз. Магический дар — словно драгоценный камень. Так говорил Набиль. Каждая грань камня — это одно проявление дара. А весь дар открывается только со временем.

— Когда пожелаете, — повторила Хранительница Снов и со значением посмотрела на меня. — Я бы хотела, чтобы вы иногда приходили. С вами весело и интересно.

Она опустила голову, ее щеки слегка порозовели.

— Непременно приду, — пообещал я.

— До встречи, господин Тайновидец.

Я смотрел, как Хранительница Снов медленно тает в воздухе. В нескольких шагах от нас матросы спускали на воду шлюпку — призрачной команде пришло время возвращаться на корабль. Костер еще горел.