Эрик трагически развёл руками, отразив в скупом жесте столько театральной скорби, что я едва не улыбнулся.

— Увы, джентльмены, банк закрыт, активы заморожены.

— Чего? — улыбка исчезла, Трент нахмурился, пытаясь сложить сложные слова в удобоваримое предложение.

— Денег нет, — перевёл я. — Мы всё потратили.

— Как нет? — увалень выглядел искренне оскорблённым. — Куда потратили?

— На шамана, — как на духу ответил Мейнард. — Все шесть сестерциев. Так что грабить нас бессмысленно, лута в ближайшее время не предвидится.

Трент застыл, его лицо медленно наливалось кровью.

— Вы… отдали бабки этому старому шарлатану? Мои бабки⁈

— Они были нашими, — спокойно поправил его я. — Технически.

— Ах, вы ж… — Трент сжал кулаки, похожие на двухлитровые пивные кружки. — Ну всё, раз платить нечем, возьму натурой, вашим здоровьем!

Он сделал движение, собираясь броситься на нас, но замер. Мы стояли в узком коридоре, недалеко от поста дежурных ветеранов, шум драки однозначно привлечёт внимание, а в карцер никому не хотелось. Даже крошечный мозг нашего грабителя, как ни странно, это осознал.

— Ладно, — прошипел он обещающе. — Ладно, сейчас не время, но завтра… Завтра утром на плацу я вас найду, и мы поговорим по-мужски, без свидетелей.

Он ткнул в меня толстым пальцем.

— Ты первый будешь визжать, умник.

Трент смачно сплюнул нам под ноги, развернулся и, оттолкнув плечом с дороги Мейнарда, пошёл прочь. Его свита потянулась следом, награждая нас свирепыми взглядами.

— Какой настойчивый молодой человек, — пробормотал Эрик, глядя на их удаляющиеся спины. — Прямо образец целеустремлённости.

— Проблема снова отложена, — констатировал я. — Завтра утром будет жарко.

— Вот завтра и разберёмся, — отрезал Мейнард. — Сейчас спать хочется, сил нет.

Мы вышли во двор и направились к баракам, над крепостью висела тяжёлая беззвёздная ночь. У входа в вонючую казарму мы остановились.

— Что думаете про слова шамана? — тихо спросил Эрик.

— Думаю, он не соврал, — сказал я. — Незачем. Мы здесь и правда никто.

— Выходит, всё, застряли, — подытожил немец. — И помощи ждать неоткуда.

Я посмотрел на своих спутников. Здоровяк из Дрездена и хитрец из Ноттингема — странная компания для апокалипсиса.

— Тогда план один: держаться вместе, использовать эти «дары», если они есть, и выживать день за днём.

Мейнард молча протянул руку. Эрик положил свою сверху. Я накрыл их ладонью.

— Команда! — сказал я.

Мы вошли в душную темноту казармы, до утра оставалось всего несколько часов. А утром нас ждал Малыш Трент и, судя по всему, начало настоящей армейской жизни.