Я же решил исследовать нашу выделенную зону ещё тщательнее, чем в первый день.
Шаг за шагом, подсвечивая себе переносной масляной лампой (сейчас бы золотом по весу заплатил на нормальный фонарик), я методично осматривал каждый тёмный закуток, каждую заваленную мусором бойницу, каждый пыльный, паутинный коридор, ведомый своей геймерской привычкой заглядывать под каждый камень в поисках лута или секретов.
И мои поиски, как это часто бывало, увенчались успехом. В одной из самых дальних башен, той, что примыкала непосредственно к началу моста, я обнаружил, что часть внутренних проходов и помещений была очень давно заброшена, а ходы туда грубо, наспех замурованы камнями и завалены строительным мусором.
Разобрав один такой не слишком надёжный завал, рискуя быть погребённым под обвалом, я нашел винтовую лестницу. Ведущую в просторное, гулкое и совершенно пустое караульное помещение, нависавшее прямо над начальной частью моста и видной только отсюда рекой Йорат, которая чёрной, пенистой лентой извивалась далеко внизу, в глубине ущелья.
В помещении было чертовски холодно, что не удивительно при таких больших открытых окнах. Ветер гулял по нему, как у себя дома, завывая в пустых оконных проёмах, но обзор отсюда открывался просто великолепный. Весь мост, как на ладони, река, и даже противоположный, заросший чахлым лесом берег ущелья — всё было видно, как на ладони. Идеальный наблюдательный пункт, устроенный так, что с моста караулка не видна.
«Отличная снайперская позиция», — мелькнула у меня мысль.
Я тут же позвал Мейнарда.
Глава 15 Замкнутое пространство рождающее мрак души
Звать его пришлось лично, ещё и потратить силы на то, чтобы оторвать от механизма ворот.
Осмотрев помещение своим хозяйским глазом, он полностью согласился с моей оценкой. Мы решили пока сохранить существование этого прохода и самой комнаты в тайне не только от горожан и вездесущего Мюнцера, но и от большей части нашей роты. Расскажем только Эрику, когда вернётся. Лишние уши и языки нам сейчас были совершенно ни к чему.
Именно здесь, в этом заброшенном, пыльном и продуваемом всеми ледяными ветрами караульном зале, Мейнард, осматриваясь, сделал ещё одну, куда более интересную находку. В дальних, самых тёмных углах, под толстым, вековым слоем пыли и плотной паутины, притаились странные, массивные деревянно-металлические сооружения.
Это были древние, но на удивление хорошо сохранившиеся стрелковые установки, нечто вроде огромных стационарных арбалетов — скорпионы, как тут же определил их Мейнард, вспомнив что-то из своих бесчисленных книжных познаний по военной истории и инженерии.