Небольшие группы солдат разошлись по извилистым тропинкам между покосившимися мраморными памятниками. Пехотинцы методично выискивали застрявших в кустах или заблудившихся среди могил одиночных мертвецов. Короткие экономные взмахи молотов и топоров окончательно завершали существование бродячих скелетов. Зачистка периметра велась тщательно и без малейшей спешки.

Поняв, что больше дежурная рота не нужна, я велел подхватить раненых и укушенных и возвращаться в Цитадель.

«В игре» оставался только Первый батальон.

Локальное боевое столкновение завершилось безоговорочной победой Штатгаля. Очаг прорыва нежити на старом кладбище был полностью локализован и зачищен без лишних потерь. Только мне что-то подсказывало что он, то есть некротический прорыв — такой не один.

Мой внутренний аналитик не спешил праздновать окончательный триумф.

— Орк молодец, — проговорил Леголас рядом со мной.

Я открыл плотно сжатые глаза. Вообще-то при пользованииРоем , равно как иПтичьим пастухом это не обязательно, но мне сейчас была нужна предельная концентрация.

— Странно слышать такое от эльфа, — многозначительно ответил я Леголасу.

— Начались странные времена.

Вернувшись в штаб, я с удовлетворением отметил, что все разбежались по своим местам, вместо того, чтобы с умным видом протирать штаны в штабе.

Промочив горло, я стал спускаться вниз.

Чего-чего, а лифта в Столбовой башне не было, я просто спускался по гигантской винтовой лестнице. Направлялся я, для начала — в Госпиталь, который теперь гудел как растревоженный улей.

Обычно здание пустовало и построено было в расчёте на «пиковые нагрузки», то есть, чтобы разместить пять сотен раненых в шестнадцати палатах. До этих неожиданных событий их использовались две, сейчас, по случаю новых ранений была открыта ещё одна.

Я прошёл по коридору в ту самую «расконсервированную палату».

На двух соседних кроватях лежали те самые бойцы из дежурной роты Хоттерна. Их лица приобрели землистый оттенок. Груди вздымались часто и прерывисто.

Зульген стоял между койками. Крупный орк хмуро протирал влажной тряпкой лоб одного из пациентов. Рядом переминался с ноги на ногу Ластрион, держа наготове сумку с магическими реагентами.

Подойдя ближе, я осмотрел рваные раны на предплечьях солдат. Края укусов не кровоточили, но плоть вокруг них стала серой и вздулась.

— Что скажешь, друг-орк? — я посмотрел на главного врача, ожидая конкретных медицинских фактов.

Зульген отбросил тряпку в таз и тяжело вздохнул:

— Состояние стремительно ухудшается, командор. У обоих сильнейшая лихорадка. Температура тела запредельная, мы не можем её сбить ни зельями, ни артефактами.