Орк указал массивным пальцем на потемневшие укусы:

— Мы много раз сталкивались с укусами. Но к таким последствиям они никогда не приводили. Я применил базовое лечебное плетение и использовал шестикомпонентную настойку для разгона регенерации. Обычно это затягивает такие раны за пару часов. Здесь же магия… она просто не работает. Будто… Не знаю. Кто-то подменил мою магию.

— Подменил… Ну да, прохвосты подменили нам правила игры… Точно… Так что, какие перспективы?

— Нерадостные, — вздохнул Зульген.

Я перевел взгляд на полуэльфа.

— Ластрион, дай глубокую диагностику. Мне нужно понимать, что происходит с их энергетикой.

Маг кивнул и шагнул к первой койке. Он вытащил из сумки небольшой кристалл, зажал его в ладони и начал вычерчивать свободной рукой сложный узор прямо над грудью пациента. Воздух слабо засветился голубым светом.

Ластрион нахмурился, вглядываясь в мерцающие линии заклинания.

— Структура ауры разрушается, командор. Они ходячие аномалии, магический фон меняется, это очень странно и ни на что не похоже.

— Ладно. Продолжай наблюдение.

Поскольку ситуация касалась города, а непосредственная опасность миновала (хотя ворота я приказал перекрыть и всем объявить боевую готовность), то я связался с гражданским руководством Порта-Арми.

…

Я шёл, за мной пыхтел Иртык.

Я ворвался в Дом Правительства как ветер, лишь кивнув бойцам на входе.

Не то чтобы я всерьёз опасался военного переворота, но все важные здания в города охраняли солдаты Штатгаля, так что на крыльце были мои ребята.

В первый момент ноги сами собой понесли меня в кабинет на втором этаже, но я притормозил и использовалРой , чтобы понять, где меня ждёт Альд.

Тут имела значение моя «многоликость». Я был генералом Штатгаля и у меня были личные апартаменты в одной из казарм. Причём в угоду утилитарности и секретности все казармы были одинаковыми. Казарма, в которой должен был бы обитать я, внешне одна из всех, но у меня пятиместный «номер», с канализацией, круглой каменной ванной (подарок гномов), спальней, гардеробом, личным кабинетом и парой гостиных. Моими соседями были командиры полков, через стенку Мурранг и Хрегонн. То есть, конечно, у них в кои-то веки отдельные апартаменты, а подо мной — покои Фомира.

Личный дворец я решил не строить. Может быть, пока что я до него просто не дорос? Хотя гномы намекали, что — несолидно.

У меня был кабинет в Каске и Столбовой башне. Поскольку я гражданский правитель, у меня был кабинет в Доме Правительства. Так же формальным главой Пантеона я, по традициям восточных деспотий назначил сам себя, то есть жрецы, конечно назначаются богами, кто ж против. Но босс здоровенной хреновины в новой части города — я, мой зам Шпренгер, у нас там тоже есть личные покои.