— Позволь приветствовать тебя, достопочтимый господин. Мое имя — Фэн Лао. Вынужден признаться, что прибыл сюда без разрешения, ведомый не столько дерзостью, сколько необходимостью.

Чиновник не шелохнулся. Только брови чуть приподнялись. Его голос вновь прозвучал, будто вписанный в воздух чернильной кистью:

— Какая необходимость могла привести живого в чертог мертвых? — Я не чувствовал в его голосе угрозу, но прекрасно понимал, что если ему не понравится моя версия, то я труп. В голове с бешенной скоростью мелькали все знания, что я помнил о правилах и законах старой династии. А еще о призраках. И о вторых говорилось, что высшим врать крайне опасно. Так что спасибо тебе наставник, что заставлял меня все это изучать и прости дурака, что огрызался на твои уроки.

— Господин, — Я вновь поклонился. — Старший Фанг отправил меня добыть кусок живого нефрита для дом Изумрудного Кедра в этих шахтах. — Увидев немой вопрос, я поспешил на него ответить. — К сожалению, младший очень не сдержан и покалечил стражника, именно поэтому меня отправили в провал. — Похоже это чудовище удовлетворил мой ответ. — Но когда я наткнулся на кусок живого нефрита на меня набросились духи-каторжники и мне пришлось дать им бой.

— И ты уничтожил их всех. Чем спровоцировал прибытие моего подчиненного, который решил тебя наказать. — А вот тут требовалось вклиниться в нить его разговора. Я вновь прижал ладони к сердцу и поклонился.

— Господин, прошу меня простить за дерзость. Но у надсмотрщика не было права меня наказывать. Поэтому его смерть была самозащитой. — На бесстрастном восковом лице едва заметно дрогнули губы, показывая тень улыбки и призрак кивнул соглашаясь с моими словами.

— По имперским законам ты прав. Но ты пролил кровь в стенах святилища этого святилища. Ты активировал ключ. Ты нарушил покой этого места. Почему?

— Потому что истина… — я поднял взгляд и решил ответить в духе древних авторов, — всегда скрыта за запертой дверью. Ибо лишь тот, кто рискует жизнью, имеет право задать вопрос.

Тишина. Он словно взвешивал каждую мою интонацию. Потом медленно кивнул.

— Ты говоришь как человек, которому было даровано воспитание. А не просто выживание. Я чувствую в тебе кровь драконорожденного… пусть и еще слабую, но уже пробудившуюся.

Я склонил голову еще ниже и продолжил говорить в том же духе.

— Благородная кровь не делает сердце благородным. Но наставник научил меня уважать иерархию и долг. Простите господин, если мое присутствие — скверна в этом священном месте. Я не знал, что здесь служит дух столь высокой добродетели.