Лифэнь тихо добавила:
— К тому же, его флот. Мы видели, что он отправил против Сирен. Подводные лодки, защищённые от Раковины. Это только часть его сил. Что ещё у него есть на острове? Мы не знаем.
Я выпрямился и посмотрел на карту снова. Красная точка Авалона казалась такой маленькой. Но я знал, что за этой маленькой точкой скрывается опасность, которую нельзя недооценивать.
— Конечно, Роланд рано или поздно выйдет из сумрака, — сказал я тихо. — Он не будет сидеть на острове вечно. Он что-то готовит. И когда он будет готов, то нанесёт удар. Мы должны быть к этому готовы.
В кабинете повисла тишина.
Ольга напряжённо изучала карту, что-то прикидывая в уме. Октавия задумчиво крутила свой кристалл, явно пытаясь навести порядок в мыслях.
Лифэнь тоже сосредоточенно молчала.
Я снова сел за стол и откинулся на спинку кресла, готовясь продолжить обсуждение, когда вдруг хакерша внезапно дёрнулась.
Её глаза расширились, и она резко повернулась к чему-то за пределами видимости, словно на её экране появилось что-то неожиданное.
— Макс! Этот козёл, что нас подслушивает⁈ — её голос прозвучал странно, в нём читалось удивление и тревога одновременно. — Кажется, началось. Только что поступило сообщение от наблюдательного поста у Авалона. Туман начинает рассеиваться.
Глава 8
Роланд Десмонд стоял у огромных обзорных окон капитанского мостика и смотрел на то, к чему шёл тысячу лет. К тому, чего не было ни у одного клана в мире.
Ни Ракша Канвар, ни даже Гюнтер Штайгер не были способны создать нечто подобное, несмотря на то, что их магия, казалось, располагала к этому.
Но успеха добились только Десмонды. Только его клан оказался способен выжать всё возможное, как из магии, так и из науки.
Роланд знал, что нужно быть готовым ко всему. Даже к самым невероятным вещам, а потому большая часть работ на этим проектом, была закончена ещё давно.
Вот только он предпочитал держать его в полном и абсолютном секрете.
Но настало время показать миру, что в небе могут летать не только Канвары и химеры Макса. И не только несколько летающих чахлых транспортников, на одном из которых так глупо разбилась Катарина.
Нет. Роланд создал нечто принципиально иное.
И его воздушный флот теперь раскинулся перед ним во всём своём величии.
Гигантские дирижабли застыли у причалов острова Авалон, словно стальные левиафаны, готовые взмыть в небо. Солнце, пробиваясь сквозь рассеивающийся туман, бросало блики на их полированные корпуса и отражалось в бесчисленных иллюминаторах и латунных деталях.
Флагман «Непобедимый» возвышался над всеми остальными кораблями, его размеры поражали воображение, длина равнялась небольшому городскому кварталу, а высота достигала крыши десятиэтажного здания.