— Кто этот человек? — пользуясь временным затишьем, поинтересовался командир группы, разглядывая Шурыгина сквозь темно-зеркалный щиток шлема.

— Это тот человек, ради спасения которого я согласился решать ваши дела на Земле, — переводя дух, отозвался Быстров.

— Хоть в чем-то наше вторжение имеет смысл, — Элескрин отступил к нише с огнетушителями. По его команде двое десантников поспешили в правую часть коридора, вскрывая по пути камеры с заключенными, двое других бросились в левую. — Мы уже потеряли четверых убитыми. Я не уверен, что кто-нибудь из нас вернется на «Тирату».

— Что там у группы Ниориадина? — глухо спросил Глеб, меняя батарею на винтовке.

— Прошли здание, отмеченное как «лаборатория» — признаков нахождения команды с корвета не обнаружено. Однако в соседнем ангаре нашли крупные конструкции, принадлежащие имперскому звездолету, — сообщил пристианец. — Возможно, группа Ниориадина или мы на правильном пути. Только хватит ли у нас сил пройти этот путь? — свободной рукой он провел по разрыву бронекостюма на бедре и, пачкая перчатку кровью, невесело усмехнулся.

— Товарищ Ивала, оставайся здесь с Сашкой, — сказал Быстров, направляясь для обследования вскрытых камер. — А ты, Сань, при стрельбе не высовывайся. Береги себя, кулибин лохматый. Мы этаж мигом пройдем и двинемся выше.

— Как там наша любимая Ариетта? — крикнул Шурыгин в след капитану «Тезея».

— Черт ее знает как. У нас с ней некоторые разногласия, — Глеб остановился перед седым мужчиной-заключенным, выведенным из камеры десантниками, и круто повернулся к Шурыгину. — Сань… Ну-ка поскреби в памяти: здесь слышал ли ты что-нибудь об инопланетянах? Конкретно пристианцах с разбившегося звездолета?

— Ну слышал… — насторожено отозвался он. — Знаю двоих таких. С одним имел счастье пообщаться. Имя у него… — Шурыгин прищелкнул пальцами, — Неарон, то ли… Нерасон…

— Неасарон! — воскликнул офицер Серебряных Птиц, стоявший рядом с командиром группы.

Другие пристианцы, привлеченные знакомым именем, мигом повернулись к землянину.

— Кажется так — Неасарон, — Сашка кивнул, прислушиваясь к выкрикам и металлическому грохоту на нижнем этаже. — Я с ним пытался заговорить о вас, Глеб Васильевич. Понимаю, вселенная велика, только, в ней даже элементарные частицы сталкиваются. Значить, и людей судьба свести вправе. И я его при одной встрече аккуратно спрашиваю, не слышал ли он что-нибудь о капитане Быстрове, его распрекрасном корабле под названием «Тезей». А он, бедняга, от моего вопроса аж лицом посерел, в соседний модуль юркнул и сторонился меня до последних дней. Вот такая Кама Сутра.