Завгородцев молча повернул Быстрова лицом к боковому стеклу, и не бережно дернул конец пластиковой ленты.

— Господин Ирхис, а какие по-вашему мнению могут сложиться отношения? — поинтересовался Быстров, несколько удивленный поворотом дел. — Может быть вы меня желаете завербовать? Так выкладывайте сразу: цели, задачи, сколько платите.

— Насмехаетесь, господин Быстров? Насмехаетесь… — милькорианец опустил пониже стекло, поток воздуха заиграл его черными волосами. — Я-то знаю, в деньгах вы не нуждаетесь. Напомнить, какую сумму перечислила вам Ариетта на «Сосрт-Эрэль»?

— Да, пожалуйста. Я не в ладах с собственной бухгалтерией, — Глеб размял онемевшие руки.

— Сто миллионов элитедениц. Тепла и света ей! Мне бы такую любовницу. За такие деньги, я бы не то что из Сприсианского гнездышка ее вытащил — голышом бы бросился в Краак! Но из этих чудесных ста миллионов вы успели потратить сущую мелочь.

— Ах, да, сто миллионов, — Быстров кивнул, отмечая: «Холодная звезда» не знает, что всю оставшуюся сумму от невыразимо щедрого подарка принцессы он перечислил ей назад перед отлетом с Присты.

— Так вот, мы сделаем вам одно интересное предложение. И купим мы вас не деньгами, а роскошной идеей. При этом речь не идет о вашей вербовке в прямом понимании этого слова. Кстати, за какие пряники вас нанял герцог Саолири? — Ирхис внимательно наблюдал в зеркало за реакцией землянина.

— Тоже за идею, — не без удовольствия отозвался Глеб. — Не роскошную, конечно. Но так себе — сносную. Идеи нынче самая ликвидная валюта. Ну, выкладывайте, сколько весит ваша.

— Экий вы быстрый, господин Быстров. Весит она много, столько, что с вами о ней буду говорить не я, а сам координатор. Представьте, не всякому доводится честь услышать его голос, однако вам предстоит его увидеть. Возможно, выпить по рюмочке в теплой дружеской обстановке.

— Спасибо. Только одна неувязочка: я его не увижу — у меня со зрением плохо.

— Не надо о скорбном. Дорога длинная, а мы все о проблемах да неприятностях. Давайте повернем разговор в другую сторону. Расскажите, как на Айприионе. По нашим сведеньям, вы отдыхали там меньше месяца назад. А я не покидал Землю уже семь лет. Айприион помню, как одно из самых приятных мест галактики. По крайней мере, ее обжитой части, — в кармане милькорианца снова зазудел браслет — Саолири или Кэорлан пытались выйти на связь после неудачи с десантом. Старший агент решил не отвечать и, обернувшись к пленнику, дружеским тоном повторил: — Расскажите. Владимиру тоже будет интересно.

— Да, — отозвался Завгородцев. — И я давно не покидал Землю. Уже лет тридцать как. Практически с самого рождения, — его мрачноватый голос звучал диссонансом произнесенной шутке.