Глеб было продолжил терзать стену, когда увидел в щель промелькнувшую фигуру в камуфляже. Затем масс-импульсное оружие лязгнуло совсем рядом, со стороны лестницы донесся шипящий звук плазмомета и малиновое зарево заплясало в щели, оплавляя кирпичи.

— Ох, родина-мать! — сдавлено воскликнул Быстров, отскакивая в угол.

— Отойди от двери! — послышался хрипящий голос Завгородцева из коридора.

В следующую секунду масс-импульсный разряд сорвал замок, пробитая насквозь дверь повисла на одной петле.

Не дожидаясь приглашения, Глеб вышел из камеры. Сначала он увидел Завгородцева, сидящего в лужице крови на полу. Его камуфляжная куртка была густо изъедена пулями и, если бы не неокомпозитная подложка под ней, тело Владимира давно бы превратилось в фарш. Левое плечо его было раздроблено, штанина выше колена напиталась кровью.

— Американцы нас, — все тем же жутким хрипом пояснил он. — Вот так, Глеб Васильевич. Мог ты подумать о таком? Здесь, под Москвой американцы! В полпятого утра! Это же е. нуться можно!

Быстров повернулся в направлении его кивка: за трупом агента «Холодной Звезды» у лестницы лежало скорченное тело в экипировке морпеха США. Из-за угла торчали еще чьи-то ноги.

— Я так рассудил… — отдышавшись, продолжил Завгородцев. — Не знаю, какого хрена здесь происходит, но ты уходи. Выбирайся из этого дерьма. Если сможешь, забирай свою девку.

— Ствол дашь? — Глеб покосился на рукоять пистолета «Дроб-Ээйн-55», свисавшего с его ремня.

— Этот мне еще пригодиться. Винтовку бери — здесь ползаряда, — морщась от боли, он подтолкнул мощную «Сатату». — Если мало, на выходе можешь оружие позаимствовать у трупов.

Быстров кивком поблагодарил его и ринулся в конец коридора. Дверь в камеру галиянки он открыл с одного удара. Ивала лежала на постели, наполовину свесив ноги на маленький коврик. Она пыталась встать, но тело по-прежнему ей не подчинялось. Поняв это, Глеб застонал от ярости.

— Лежи, не дергайся! Я освобожу Лиэри, — сказал он, раньше, чем она успела открыть рот.

Он метнулся к соседней двери, переключив дозатор на четверть мощности, выстрелил в замок, несколько раз ударил прикладом ниже дверной ручки и ворвался в камеру. Наверху с новой силой загремели звуки боя. Пристианец стоял у столика, дико сверкая глазами, готовый наброситься на бесцеремонно ворвавшегося человека.

— За мной, товарищ Лиэри! — скомандовал Глеб, бегло оглядев офицера эсминца — с пристианцем вроде бы все было в порядке.

— Что за стрельба, господин Быстров? Наши с «Тирату»? — спросил Лиэри, догоняя землянина у входа в камеру Ивалы.