— Что это такое? — спросил Лин севшим голосом.

— В лучшем случае это уборка грязи на два дня, — безнадежно ответил Рэд.

— Летит что? — спросил Скрипач. — Блин…

— Это что, движки? Живые движки?! — дошло, наконец, до Ита. — Только они…

— Они еще маленькие, — Рэд сел. — Метров по десять длинной, совсем крошки. Мать их так.

Стаю сейчас окружали со всех сторон создания, от одного вида которых можно было рехнуться. Длинные, снабженные на навершии пучками щупалец летающие разноцветные цилиндры, явно полые внутри, в нижней части их было нечто, больше всего напоминающее сопла, из которых выходили потоки сиреневой или золотистой плазмы.

— Да, это вы тоже не знали, — догадался Рэд. — У зеленых, ну, у зивов, движки растут на вольном выгуле. Потом, как вырастут, их пускают в дело. Или вы думали, что это как кремниевые дома? Вырастили, и запустили, что ли? Нет, они живые, изначально. И очень прожорливые.

Шмяк!

На палубу, прямо за колпаком, упала обгоревшая тушка птерокса, затем еще одна, и ещё, и ещё. Стая движков гоняла стаю псевдоптиц, те пытались уворачиваться, ныряли, взлетали вновь, но попадали в результате либо в жадные, трепещущие щупальца, либо под удары живой плазмы. Стая птероксов быстро редела, палубу и сетки усеивали обгоревшие тушки и помёт, и вскоре стая кончилась, над морем кружили теперь только с полсотни летающих цилиндров, которые начали расходиться в стороны, видимо, в поисках новой добычи. Один из цилиндров, совсем небольшой, метра три в длину, подлетел к колпаку, и завис рядом с ним — тем самым позволяя разглядеть себя во всех подробностях. Тело его, длинное, гибкое, было покрыто жесткой на вид белесой кожей, испещренной чем-то, отдаленно напоминающим то ли чешуйки, то ли шрамики, но при ближайшем рассмотрении это оказалась всё же не чешуя, а просто кожа с небольшими наростами; щупальца на верхушке сейчас собрались в некое подобие фасции, становясь на вид практически единым целым; а еще цилиндр оказался зрячим, причём взгляд его излучал самое настоящее любопытство.

— Господи, оно еще и с глазами, — зачарованно сказал Скрипач. — Прелесть какая.

«Прелесть» еще с полминуты буравила компанию светло-голубым прозрачным взглядом, а потом рванула куда-то вбок, следом за отдалившейся на порядочное расстояние стаей собратьев.

— Рэд, слушай, а если одного такого поймать, и попробовать пустить в дело? — предположил Скрипач.

— Да как же, поймаешь ты его. Во-первых, это воздушные, нам от такого пользы нет. Во-вторых, они по большей части дикие. В-третьих, он тут всё пожжет, что сможет, да еще и товарищи прилетят, на выручку. И дожгут то, что останется. Оно нам надо?