— А что он говорил про беременности? — Рэд нахмурился. — Я не понял. Женщине нельзя знать, что она беременна? Почему?

— Чтобы аборт не сделала, — вздохнул Скрипач. — Демографическая политика а-ля Морок, потом тебе расскажем, как это выглядит. Чем больше, тем лучше, качество и желание неважно.

— Качество и желание? — снова не понял Рэд.

— Качество потомства и желание женщины им обзаводиться, — пояснил Скрипач. — Мы с таким сталкивались много раз. Не думал, что гений будет продвигать такую политику.

— Это, может, и не он продвигает, — заметил Ит. — Рэд, расстегни рубашку, давай лучше через порт… ага, вот так, и посиди немножко. Через пять минут всё пройдет. В общем, это может быть и не он сам, а кто-то ещё. Кто-то, кто таким образом воспринял его идеи. С Тингла вывозят рауф, верно? Кем заполнить освободившееся место? Людьми, и побыстрее. Поэтому, боюсь, тут скоро всё будет. И запрет диагностики беременности до определенного срока, и запрет абортов, и еще много всего интересного.

— Но тут есть лимит на проживание наших рас, тут не люди диктуют условия… — начал Рэд, но Скрипач его перебил:

— Это так было, что не люди, — ответил он на незаданный вопрос. — А теперь будет иначе. И будут люди. И, что-то мне подсказывает, возразить этому процессу гений не сможет ничего, потому что данный процесс автоматически проистекает из его концепции, в частности, из его мысли о том, что человеческая раса — венец творения.

— Он не венец творения, — поправил Ит. — Архэ. Он — архэ, первоначало всего и вся. А чего там под началом у первоначала — это уже проблемы самого первоначала, нам остается только уворачиваться. На этот раз получилось, но не факт, что получится и дальше.

— Вот-вот, — покивал Скрипач. — Пойдем в каюту, Рэд, тебе надо прилечь. Пятый, посидишь с ним?

— Конечно, — кивнул тот. — А вы?

— А мы в кокпите потусуемся, — ответил Скрипач. — Нам подумать надо.

* * *

Через час, когда «Либерти» встала на прежний курс, а утомленный переживаниями Рэд уснул, Ит и Скрипач достали всё имеющееся на борту оружие, перенесли в кокпит, и стали проверять. На всякий случай. Ит был мрачен, Скрипач тоже, и мрачность эту, разумеется, тут же заметили Лин и Пятый.

— Всё так плохо? — спросил Лин, садясь рядом со Скрипачом.

— Да, — кивнул тот. — Вы стрелять умеете? В курсе у вас этого пока не было, насколько я помню.

— Немного. И не из такого, — ответил Лин.

— Значит, не умеете, — констатировал Ит. — И придется обойтись только теорией, потому что для практики нет ресурса. Батарейки не резиновые, как вы понимаете. Так… Сядьте рядом, и смотрите. Пока — только смотрите, потому что придется запоминать и заучивать. Вот это — рабочая часть, это аккумулятор, а вот так выглядит хват. Правая рука, левая рука, обе руки. Ещё раз показываю. Права, левая, обе.