— А что именно было? — спросил Ит в ответ.

— Например, то, что Тингл колонизирован больше десяти тысяч лет назад, — принялся вспоминать Рэд. — Что тут был какой-то глобальный конфликт, в результате которого изменились взаимоотношения с зивами. Что первыми планету колонизировали рауф, но конклав был мал и слаб, и поэтому пошел на сотрудничество сперва с нэгаши, потом с людьми. Когда тут появились зивы, ничего не было, кажется… — он задумался. — Или было? Не помню. А может, рауф сперва как раз с зивами стали сотрудничать, а другие пришли позднее. Ладно, неважно. Но это всё в сети точно было, я не могу ошибаться.

— Собственно, ответ лежит на поверхности, — вздохнул Скрипач. — Первыми были рауф. Уже повод переписать историю планеты, разве нет? Рауф в нынешней ситуации явно не будут нужны или удобны, вот они и пропали с радаров. Думаю, через какое-то время будет другая версия. Которую заставят выучить в приказном порядке. И через пару-тройку поколений местные будут убеждены в том, что всё так и было.

— Какая версия? — не понял Рэд.

— Ну, например… — Скрипач задумался. — Тингл колонизировали люди, потом пригласили сюда зивов, а потом этой достойной компании сели на хвост другие, но что-то пошло не так, и других пришлось попросить отсюда вон, потому что оказались недостойны. Запросто, Рэд. Знал бы ты, сколько существует этих переписанных историй.

— Вот даже как, — протянул Рэд. — Ну, что ж. Приму к сведению.

— Прими, — кивнул Ит. — И учти, что это еще меньшее из зол. Они могут хуже. Намного хуже.

— В это я охотно верю, — покивал Рэд. — Но, знаете… рано или поздно у кого-то возникнут вопросы. Ведь так тоже бывает.

— Бывает, — согласился Скрипач. — А знаешь, что бывает с теми, кто задает какие-то вопросы, которые явно неудобны? Пятый, Лин, вот вы расследовали не так давно одно такое дельце… Помните, что говорили про семью Креусов? Кем их объявили?

— Самое мягкое было — блаженные, — ответил Лин с горькой усмешкой. — Психи. Ненормальные. Придурки. Потому что искали доказательства того, во что верить не положено и непринято. Мы тогда несколько неожиданных вещей для себя поняли, именно поняли и почувствовали. Сами удивились, признаюсь.

— Да, — поддержал Пятый. — Мы узнали, что правда никому не нужна. Что она всегда была и есть презираема и гонима. Что гораздо проще и удобнее верить в то, что тебе сказал кто-то, чем пытаться понять что-то самому. Причем таким порядком разумные верят в такие вещи, что волосы дыбом — наш пример, он был в достаточной степени невинным, пусть и печальным.