И больше ничего.

— Ты хорошо знаешь эти улицы?

— Да, мы с Михаилом Александровичем тут изрядно помотались… Пойдемте, нельзя терять времени.

И тут же, слегка пошатываясь, она двинулась к краю крыши. Порыв ветра взметнул ее длинные волосы. Нексонианка вытерла испарину и продолжила путь к пожарной лестнице, хлопая по крыше босыми ногами.

— Тяжело? — спросил я, догнав подругу.

— Полет вытянул из меня все до капли, — обернулась она на ходу. — Да и износилась я знатно.

С этими словами она коснулась раны на лопатке. Я промолчал.

Ловко перемахнув через край крыши, Гама выбросила нити и исчезла за парапетом. Я взобрался на лестницу и посмотрел вниз.

Нексонианка бежала по стене, раскинув руки в стороны. Нити сверкали вокруг нее как паутина.

До низа она добралась за считанные секунды, ловко соскочила — Пух! — и приземлилась на ноги. Лепестки роз полетели в разные стороны.

Подняв голову вверх, Гама кивнула и поманила меня за собой.

Да уж… Только что кривилась от боли, а тут на тебе — уже трюки выделывает! Показушница!

Ну ладно. А мы спустимся более проверенным методом.

* * *

— Василий, если ты не дашь мне Сферу, я найду ее сама! — шипела Настя в лицо Зубру уже битый час.

Дворецкий стоически молчал.

В кабинете горничные оперативно навели порядок, но со «звездой» на полу так и не смогли справиться. Все предыдущие разы после открытия портала Михаил Александрович приказывал перекладывать паркет, но сейчас на это не было времени.

Нужен новый ковер, и срочно. Не дай бог сюда заявится очередная «проверка» во главе с инквизитором.

Сидящий на столе Красавка смотрел на старания горничных унылым взглядом, грустно подвывал и глодал косточку.

— Где Сфера⁈ — кипятилась Настя, бросаясь от полке к полке и наводя еще больший беспорядок.

— Анастасия Михайловна, это книжный стеллаж, — отозвался дворецкий. — Сферам нечего делать в разделе исторической литературы.

Красавка провожал девушку грустным взглядом и временами вилял хвостами. Косточка шлепнулась об пол, но зверек даже не обратил на нее внимание.

— Хозяин… Пух, и нет хозяина…

— Так где она⁈ — развернулась Настя и уперла руки в бока.

Но Зубр даже бровью не повел. «Терпение и труд все перетрут» — таков был девиз, с которым ему довелось прошагать всю жизнь и выдержать немало всякого дерьма.

А на службе у Скалозубовых что труд, что терпение необходимы как воздух.

— Все имеющиеся у нас Сферы заперты в кладовой, в сейфе, — сложил Зубр руки за спиной. — И по правилам выдавать я имею право их только хозяину. Больше ни одной живой душе.

— Пока Жени нет, я хозяйка поместья! — наставила на него палец девушка. — Поэтому я тебе приказываю!