— А если места всем не хватит? — засомневался голова.

— Уместим, хоть впритирку! — успокоила Саша.

— Если надо будет, прицепим составы к броневикам, — внёс лепту Витал. — Наши пять машинок могут тянуть пять грузовых кузовов.

Все замолчали, ожидающе глядя на Игната Сановича. А тот стоял, вцепившись рукой в заросший щетиной подбородок и смотря на план отчаянным взглядом.

— Игнат Санович! — наконец, проговорил я, когда надоело молчать. — Ну не высидите вы себе жизнь в городе… Кончатся припасы, и всё равно уходить придётся. И что вы сомневаетесь? За несколько дней можно всё подготовить и уйти. Так чего припасы проедать и без дела сидеть?

— Да так-то оно так… — вздохнул городской голова.

И снова я готов был его понять. Мы-то пришлые, нам-то что? При большом желании, можно сняться хоть сейчас и уйти в Стопервый. Отвечать за Болотистое нам не придётся. Даже Саше: Серые земли не в зоне ответственности Русского царства.

А вот Игнату Сановичу, если выживет, нигде здесь покоя не будет. Все до единого в Серых землях будут ему припоминать, как Болотистое угробил.

— Игнат Санович, в рамках нашего сотрудничества, после того как всё закончится, я попрошу отца помочь с восстановлением города! — применила убойный аргумент цесаревна. — Вы же понимаете, что у Русского царства возможности несоизмеримы с вашими. Восстановим лучше прежнего. А сейчас надо спасти как можно больше людей. И так многих уже потеряли.

— Да вы правы, во всём правы… Ладно, пойду, со строителями нашими пообщаюсь… Обсужу… А план торговых рядов вам ещё нужен?

— Нужен, — кивнул Витал. — Посмотрим, как много входов придётся там заваливать.

Голова снова ушёл из кабинета, а я посмотрел на Сашу:

— Ваше высочество, я в вопросе не силен, а что за сотрудничество у вас? В чём именно оно заключается, ну кроме зачистки?

— Обычное взаимодействие с пограничными поселениями! — объяснила цесаревна. — Они стараются жить по законам, поддерживать наших разведчиков, торговцев, добытчиков… Ну и просто сохраняют верность русским властям. А взамен мы стараемся помогать им, чем можем.

— А другие поселения, которые не сотрудничают? — спросил я.

— Эти сами по себе, ну или под родами ходят. Некоторые тоже относительно верны, но лишь относительно. А другие сильно враждебны. Не хотят над собой царской власти! — хмыкнула Саша, на миг став похожей на своего венценосного отца. — То же Широкое вообще вольницей всегда было. Никаких властей над собой не признавали, всё сами решали. И, кстати, там лихой люд не в первый раз власть берёт. Если мне память не изменяет, то примерно раз в десять лет у них такая неприятность случается.