Его бородатую шутку поддержали здоровым ржачем остальные члены экипажа.

«Ну-ну, ржите-ржите! — подумал я, прибавляя ход. — Посмотрим, кто будет смеяться последним».

Когда до «зеленки» оставалось метров пятьдесят я, наплевав на всё, побежал. Но никто, похоже, так и не посмотрел в мою сторону. Дед и на этот раз оказался прав — он вовремя отвлек внимание немцев на себя, а мне чудом удалось спастись. Причём, совершил это чудо мой старик совершенно безо всякой магии! Спасибо, дед, я этого никогда не забуду! И фрицам припомню твою смерть, чего бы мне это ни стоило!

Заскочив в небольшую молодую рощицу, произраставшую на самой опушке леса, я остановился и прислушался. Вот уже некоторое время я не слышал выстрелов. Тишина, повисшая над утренней Тарасовкой, нарушалась лишь рычанием мощных дизельных двигателей. К домику деда продолжали стягивать даже танки.

— Прости, товарищ мой Чума, что ничем не сумел тебе помочь, — послышался знакомый тихий голос за моей спиной.

Я обернулся. Так и есть — леший.

— Видел я всё… Но не имею силы на открытой земле… — словно оправдываясь, произнёс он. — И силу для тебя раздобыть не сумел… — шумно вздохнул он, виновато разведя руками.

— Не вини себя, дедко Большак — ты и так много для меня сделал! — Портить отношения с лешим мне было совсем не с руки.

К тому же, без его погодной аномалии, браться за освобождение злыдня выглядело совсем нереально. Но тогда бы дед, наверное, остался в живых… Сложный вопрос, который я постоянно прокручивал в голове: если бы я знал о случившемся заранее, пошел бы на такой «размен» или нет? И однозначного ответа у меня на него не было…

И родной дед, прикрывающий мой отход, и Лихорук, не пожалевший для моего спасения своей жизни, были для меня особо дороги. Поэтому гадать, кто из них более «ценен», не было никакого смысла. Надо было жить и сражаться с врагом дальше, а не рефлексировать, проливая тонны никому не нужных слёз. А вот когда мы победим, тогда обязательно и оплачем всех павших.

— Ты случайно не знаешь, дедко Большак, где моего злыдня сейчас носит? — поинтересовался я.

— Как не знать, знаю конечно. В моём лесу для меня никаких тайн нет. Пришлые людишки какой-то сильный оберег против силы и нечисти с собой привезли. Нет твоему злыдню сюда хода. Дома он тебя ждёт — в Гнилом углу.

— Постой, а как же ты? На тебя этот оберег не действует? — заинтересовался я.

— Действует, вздумай я из своей вотчины выйти. Но чтобы меня в моём же лесу, моей же силы лишить — такой фитюльки недостаточно! — важно произнес старичок. — Тута посильнее чего надыть! Ведь я — это лес! А лес — это я. И вместе мы такая сила, что во времена оные многие боги о неё зубы обламывали. Куда уж какому-то оберегу, — разговорился леший.