Выставил вперёд клинок, прошептал что-то, непонятное даже для себя — два взрыва почти синхронно и беззвучно громыхнули, озарив меня яркой вспышкой даже через сомкнутые веки — один в метре от меня, второй выше, в районе башни.

Затем я побежал вперёд, через взрыв, прямо к сверкающему бронёй боку гигантской гусеницы с нависшей над ней пушкой. По синусоиде, приставным шагом, отбегая то к одной стенке, то к другой. Пулемёт принялся чертить линию прямо под моими ногами, оставалось двадцать метров, десять, пять — и, наконец, парень выпрыгнул из седла. Гусеница заёрзала, пулемёт ещё продолжал стрелять, а паренёк всё бежал назад, покинув поле боя. Но за турелью сидел и второй — хмурый, достаточно уродливый болотного цвета носатый дядька, выхвативший короткий клинок. Я даже не стал с ним биться — лёгким жестом выбил клинок из ладони. Схватил, не касаясь, за шиворот военной формы и резко дёрнул вверх, перекидывая через пятидесятиметровую стену. А через пару секунд, в конце манёвра дёрнул пальцем, замедлив движение — пусть живёт.

После отдышался и открыл глаза. Боевый режим был окончен.

— Стой! Кто ты⁈ — крикнул я парню, но ответ услышать не успел.

Пара метких выстрелов откуда-то из хутора остановили его бег. Он запнулся и упал на траву.

Я подумал подбежать, спасти, но оставалась ещё одна проблема — два противотанковых орудия, которые всё это короткое время перезаряжались. И которые теперь я не видел — иллюзия не действовала на меня в боевом режиме, но в режиме обычного человека — снова нужны были осмысленные Алгоритмы.

— Помогу! — послышался рык с крыши «Единорога».

Наша шагающая крепость тем временем уже почти дошла до меня. Переводчик всё ещё работал. Из ракетного люка вылез Иоганн — я даже не ожидал от исполина такой гуттаперчивости. Следом он вытянул откуда-то снизу, из своего логова связку здоровенных копий — грубоватых, стёсанных, со странными наконечниками.

— Стой! Лезь обратно, Иоганн! — заорал я. — Это всего лишь копья!

Но секундой спустя я понял, что это за наконечники. Вместо привычного для первобытной охоты обсидианового или иного каменного острия к палкам были привязаны… те самые крупнокалиберные снаряды, которые мы никак не могли найти.

На короткий миг я захотел остановить его, потому что никаких жертв мне не было нужно. Но подумал — и промолчал. Они первые напали на нас. Это его сражение, он обороняет своё логово. Это законно. Йеркут вылез из укрытия и что-то указал трёхрукому. Мощный замах верхней руки, грохот босых огромных ступней по крыше, короткая разбежка — и копьё полетело через стену куда-то в поле. А несколькими мгновениями спустя до нас донёсся грохот взрыва.