Я усмехнулся.

— На юго-западе, ага. За океаном. В хрен знает скольки тысячах километров. Но пока что верно идём, нам по дороге надо будет заскочить в пару мест. Похантить хочу пар товарищей, Халиб обещал подкинуть адресок. Серафимион, верно же движемся?

— Да-да, всё верно. Триста пятьдесят километров. Ну, надо будет взять чуть южнее. Я могу слетать и проведать обстановку, я уже был как-то в гостях у них. И оставить весточку.

— А по простой связи? Через Алгоритм? Или, может, на сферолёте и навестим?

Серафимион замахал руками.

— Нет-нет. Ни в коем случае. Они отшельники. У них долговременный отпуск, который они называют пенсией. Честно арендовали у Халиба тысячу квадратных километров и не очень будут рады звонкам или незваным гостям.

— Что, фаерболлами обстреляют?

— Такие могут, — хмыкнул Энтон. — Отшельники — ребята очень суровые. Чтобы добровольно уйти из клана, из своей среды — нужно много всякого дерьма повидать.

Серафимион поддакнул:

— Да, твой приятель верно все обрисовал. Благо, потом они рано или поздно делают обновление организма и молодеют душой.

Послышались пара стуков по корпусу и невнятный рык за стеной.

— Наш Чубакка, — догадался я. — Алгоритм не работает, а он что-то хочет сказат.

— Кто такой Чубакка? — поинтересовался Серафимион. — Не узнаю язык, какой-нибудь древний политик?

Я рассмеялся.

— Древний, жил давным-давно в далёкой галактике. Пошли уже есть.

— Я не голоден. Энтон, я подменю тебя, иди, перекуси, — предложил Серафимион.

Старик закряхтел, привстал, размял кости и похватил кружку. По дороге я спросил:

— Ну и как он тебе? Впишется в коллектив?

Энтон пожал плечами.

— Мутноватый тип. Непонятно, то ли действительно такой добрый, то ли притворяется и что-то задумывает.

Я решил напрячь управленческую железу.

— Надо нам всем доверять друг другу, дядь Энтон. Мы, типа, одна команда. Общие цели, задачи. И враги, похоже, общие. Кстати, тебя хочу сделать начальником отдела внутренней безопасности, а его — начальником внутренней разработки.

— Ну, назначишь — и назначишь, — пожал плечами Энтон. — Ты только про просьбу мою не забыл?

— Ты про поиски дочери? Я помню, я обязательно помогу. Мне б в силу только войти. И дозвониться Первым.

Энтон кивнул.

— Я спросил у Мии, можно ли у Миланы что-то на этот счёт спросить. Сказал, что

Где, кстати, Рюрик?

— Зде-есь! — послышался голос из кухни.

Затем оттуда вывалился наш бард, который нёс в обеих парах рук два тазика — один побольше, другой поменьше. Внутри валялось мясо — не приготовленное, лишь слегка разогретое и изрядно вонючее.

— Расступись! Друга кормить.