Затем Серафимион шумно выдохнул и присел на ступеньку лестницы.

— Тяжело. Кстати, понятно, почему. Реактор внутри заменили на сферодвигатель. А работающее сферополе тащить куда тяжелее, если делать это снаружи него. Вес надо умножать раз в пять.

— То есть, хочешь сказать, что я поднял и пронёс тысячу тонн на расстояние…

— В километр! Отлично, да.

Табун теперь нёсся мимо нас, но уже затухал — оставались лишь отдельные особи.

— Господа теплокровные, обед? — предложил Йеркут.

* * *

На обед подавали консервированное мясо неведомых летучих мышей. Воспоминания из юности, конечно, были не самые приятные, но местная фауна сильно отличалась от земной, да и возможных вирусов — совсем фантастического сценария, учитывая качество переработки — мне можно было уже не бояться.

После обеда взял крушку дымящегося чая и вышел на башню с телефоном — как же приятно было его держать в руке! — осмотрелся и сделал пару фотографий. Перешёл в галерею, не удержался и перелистнул фото на предыдущие.

Фото были не мои. Я их не делал.

Там была Инга — на вид ей казалось теперь уже около сорока, в руках — ребёнок, укутанный в пелёнки, за спиной — синее море со странными столбовыми островами, похожими на те, что были у нас на Земле в Тайланде.

Следующее фото — вид сверху на величественный замок, стоящий тремя ногами на трёх таких ногах. Сначала подумалось, что это съёмки с коптера, но потом я сам усмехнулся от такой нелепости — разумеется, фото сделала сама Инга, поднявшись в воздух. На крае фото были видны пальцы ног в лёгких летних шлёпках, зависших в воздухе.

— Приятная картина, — послышался голос Серафимиона. — Нет ничего приятнее глотка свежего чая на свежем воздухе…

— Есть. Глоток свежего кофе на свежем воздухе, — проворчал я, поспешно пряча телефон в карман.

Серафимион кивнул.

— Да, прости. Всё время забываю о твоём горе. Но я предлагаю продолжить наше задание.

— Что у нас теперь по плану?

— Нам следует оставить письмо господам Пузохски.

— Кому-кому⁈ — я чуть подавился чаем.

— Семейной паре, в город которых мы движемся. Они называют себя в честь какого-то старинного дворянского рода с Хаеллы.

Перед глазами открылась трёхмерная карта местности.

— Опять карты… блин, не люблю карты.

— Мы находимся на границе Северной климатической аномалии. Здесь много геотермальных источников и ложбина, образованная отступающим ледником и горами, которая почти не продувается циклоническими вихрям…

— Попроще, коллега?

— В общем, здесь сильно теплее, чем обычно на севере. Ты заметил, что все эти тушканы мигрируют не на север, как обычно делают все звери в летний период, а на юг?