— Снотворное в крови. Какая-то а-ашка сработала.
— Сейчас почистим.
Я осторожно положил её на сиденье. Люк захлопнулся, машина плавно поднялась вверх, оставив светящийся огнями улиц город далеко внизу. От этой картины даже немного засосало под ложечкой.
— Ты чего в ней нашёл? В малявке! — Тизири развернула кресло пилота вместе с болтающейся в воздухе ручкой и пренебрежительно кивнула на Ийю. — Я её в школе учила языкам. Несносная была. Глуповатая. Какое она там поколение, шестнадцатое?
— Пятнадцатое вроде бы. Не помню.
— А ты — спящий, значит? И тоже, получается, молодой? Слушай, эти Первые… Мои дедушки с бабушками реально такие долбанутые, что часть из своих же засунули в стазис-камеры?
— Ну, за всех не скажу. Но парочка долбанутых, похоже, была, ага. Слушай, я не спросил, а куда мы летим?
— Куда-куда, во Дворец, конечно. Время позднее, пора и отдыхать.
Она обернулась, расстегнула верхнюю пуговицу блузки и посмотрела как-то особенно хищно. На что она намекает? Неужели на… Нет, даже несмотря на отчетливые очертания пышной груди в манящем разрезе декольте, все подобные мысли наглухо блокировались инстинктами при виде живота — что-то подсказывало, что просто так она потолстеть не могла. Я указал взглядом и осторожно спросил:
— Слушай, а это…
— Что? Спроси еще «какой месяц», давай! Черт, да ты действительно свалился с луны. Мы выбираем сами, насколько быстро в организме ребенка все соорудить. Я прогнала на днях первый триместр и начало второго, да. Так что если все делать осторожно, то можно и…
— Чего⁈
Она поджала губы, отвернулась.
— Ладно, как хочешь, я уже привыкла обходиться без мужчин. Извещаю, что я наметила роды на двадцать третье августа, через подтора месяца. Кстати, это мальчик, если тебе интересно. Я назову его Элайя.
Так себе имя, подумалось мне. Но учитывая, что отцом я себя все еще не ощущал, пришлось согласиться. Тут она взглянула на Тизири и поморщилось.
— Вот о чем она думала? Дура малолетняя. Ей-то придется вынашивать и рожать классическим образом, она организм не обновляла.
— В смысле — рожать?
— Ну, я сейчас почистила ее от снотворного и просканировала — она уже полчаса как беременна, я полагаю, от тебя. Двойней. Еще, наверное, сама не знает. Ты многодетным папашей через год станешь!
Холодок пробежал по спине. На какой-то миг в голову закралась подлая мысль — попросить Тизири что-то сделать с этим, раз она так ловко разбирается с женскими организмами. Но я тут же пристыдился и послал эту мысль куда подальше.
Чего я боюсь? Что не прокормлю, что не хватит ресурсов? Я теперь был всесильный, да и раньше людям как-то удавалось растить детей, например, в голодные девяностые или в войну. Алиментов? Здесь их не существует, а если бы и были — зарабатывать я умею. Подлости мамаш, интриг, связанных с наследством? Риск был, но до этого еще жить да жить, да и женщины мои не выглядели совсем уж подлыми тварями. Разве что стать плохим отцом — вот что было немного страшно. Ну, для того, чтобы это предотвратить — в распоряжении был весь многовековой опыт педагогики и неплохие наставники вроде Энтона.