— Тут лес, а не степь! А в лесу степняк как ребенок, его тут каждый обидеть может. — Он твердо посмотрел мне в глаза. — Пусть Куранбаса еще пару стрелков возьмет.
Бойцов у нас мало и срывать их с первостепенной задачи охраны каравана неразумно, но случайно погибнуть от руки какого-нибудь бандита еще глупее. Прикинув, что после сегодняшнего разгрома вряд ли кто рискнет сунуться к каравану, я все же соглашаюсь со своим телохранителем.
— Ладно! — И повернувшись к половцу, киваю. — Возьми двоих по своему выбору.
Часть 2 Глава 9
Занесенную снегом землянку отличает от других сугробов только струйка сизого дыма над крышей, да ведущая к ней утоптанная тропа. Спрыгнув с саней, Ярила осторожно подошел к заметенному снегом входу и негромко позвал.
— Иргиль! Иргиль, ты дома⁈ Тут люди к тебе!
Через пару мгновений полог откинулся в сторону, и из нутра показалась затянутая в меховой балахон фигура.
С вымазанного сажей лица в нашу сторону стрельнул колючий взгляд.
— Чего надо⁈
Рассматриваю стоящую передо мной женщину и не могу понять, сколько ей лет. Бесформенный балахон, сутулость, клюка в руке, вроде бы все говорит о том, что передо мной старуха, но голос хоть и скрипучий, но какой-то по-юношески звонкий.
Так и не определившись, киваю на раненых.
— Посмотри, помощь нужна!
Зыркнув в мою сторону, ведьма прошла к саням и откинула рогожу. Проведя взглядом, она отрицательно мотнула головой.
— Нет, не возьмусь. — Она глянула вверх на заходящее солнце. — Темнеет уже, а до утра бедолаги не дотянут.
Не успеваю ничего сказать, как Куранбаса грозно двинул на нее своего коня.
— Ты чего ломаешься, лесное отродье! Тебя пока по-хорошему просят!
Жеребец зло скалит зубы, толкая грудью стоящую перед ним ведьму, а та вдруг то ли фыркнула, то ли бросила в лошадиную морду какое-то слово, но боевой жеребец, неожиданно попятившись, испуганно взвился на дыбы. На что уж Куранбаса наездник от бога, но и его этот фортель застал врасплох. Мне видно какого труда стоило ему удержаться в седле.
Понимаю, как взбесится сейчас половец, и, заранее подняв руку, удерживаю его.
— А ну как успокоились все! — Сурово обвожу всех взглядом и останавливаюсь на ведьме. — А ты объясни все толком. С каких это пор колдуньи солнечный свет так полюбили, что ворожить без него не могут?
Глядя глаза в глаза, я сейчас вижу, что передо мной не старуха. Сутулость, меховой мешок, сажа на лице: все это камуфляж, а на деле на меня смотрит если не подросток, то молодая женщина, это точно.
Уловив мое удивление, ведьма быстро отводит взгляд, но отвечает.