Грифоны, кстати, оказались созданиями презабавнейшими. У Таара было две модифицированные (разговорчивые) особи — для себя и для брата. Порой они смешили его до слез. Разумеется, молодой ученый понимал, что он здорово рискует, вкладывая в их гены частичку себя — целый кусок, если быть честным. Слишком уж умными получились кошкоптицы. Больше он так рисковать не будет.
Именно грифоны погубили великую цивилизацию тех, кого впоследствии люди назвали «отсутствующие боги» или демоны-т’ига. Именно грифоны подарили жизнь самому Таару и его брату. По большому счету, в крахе «божественной горы» был виноват именно молодой ученый, но он сам предпочел об этом забыть.
Зато рынок рабов он помнил отлично. И то, как его выкупила та самая Арра — которая была в сговоре с грифонами. Именно в его подземельях и было сердце заговора. И императора Эрлиха Таар тоже помнил. О, этот человек умел мечтать! И умел строить! Созидать! Т’ига при всех своих недостатках всегда стремились к новому, неоткрытому, и этот мальчик, волей случая ставший королем в шестнадцать лет восхитил и покорил Таара. Он взялся ему помочь — надо же было как-то жить дальше. Другого как Эрлих не было… Но и он не смог, сломался. Человек не может жить на износ… Ему не хватает сил. Таар подарил ему Рейлу. Она была обычной девчонкой, ленивой и капризной, но обладала одним лишь важным даром — перемещения. Она одна могла обеспечить королю безопасность куда лучше, чем армия боевых магов. Т’ига сломал её и создал заново. Он заставил её полюбить Эрлиха больше себя самой, за что и поплатился. Она умерла с ним. Нет, она двигалась, разговаривала… Но уже была мертва…
* * *
— И тогда мне стало стыдно, Эрхан… Я любил Эрлиха как сына. Мог ли я… Вправе ли я менять людей? Признаться, я испытывал к ней нежность… Она была моим созданием… Как Арра… Как грифоны. Я всегда бережно относился к своим произведениям. Это было искусство, а разве можно не беречь картину или статую? А потом… много лет, почти три века я посвятил тайнам этой земли. Люди, оказывается, умели куда больше, чем мы могли представить. Как, какими способами, какие кудесники могли создавать артефакты, подобные вашему рогу? Я видел, как простой кузнец, почти не маг даже, создал кинжал смерти. Страшнейшее оружие! Как он это сделал? Мой народ создавал машины, которые летали к звездам, которые меняли ветер, создавали живое из неживого. Мы говорили, что наша сила — технология, а вся эта магия — не более, чем полное использование возможностей мозга. Мы могли бы создать армию искусственных людей, но как ни бились, не смогли произвести мыслящего человека. А Корт смог.